Книга Песнь Таргитая. Гойда, страница 99 – Юрий Молчан

— Да будут ВСЕ люди жить в мире! Пусть НАВСЕГДА исчезнут любые войны! Да пропадет из людских душ злоба и ненависть! Да перестанет литься кровь, и воцарится ЛЮБОВЬ!! НАВЕКИ!!! Услышь меня, могучий Гаран!! И позволь тебя узреть!!

Едва коснулся пальцами светящейся паутины, раздался громкий скрежет, от которого Кирилогу бросило в дрожь. Он потрясенно смотрел, как парнишку скрутила незримая сила, превратив в огромную сосульку, похожую на черный лед. Порыв ветра отнес ее в сторону, и то, что было когда-то юным Алианом, вдребезги рассыпалось от удара о каменную стену. Прокатился глухой, мертвенный звон. Осколки дождем разлетелись по полу, их скрыл царящий в подземелье полумрак.

— Мда, - заметил Иохла, нарушая затянувшееся молчание. - Проход открыт. Пошли, что ли?

Бледные, как смерть, воины переглянулись, но не тронулись с места.

— Ждите здесь, - бросил Кирилога, направляясь туда, где только что исчез юный волхв-послушник. Следом осторожно двинулся Иохла. - За нами не ходите, если жизнь дорога.

Воины торопливо закивали, но потом каждый, словно устыдившись, выпятил грудь колесом, расправил плечи, руку бросил на рукоять топора на поясе. Лица сделались суровыми. Принялись настороженно оглядываться, мол, не подкрадываются ли враги, угрожающие верховному тцарскому волхву и шуту.

С облегчением заметив, что сияющая паутина исчезла, Кирилога прошел мимо громадного изваяния бога, и перед ним открылась просторная пещера с затерянным в темноте потолком. Сзади слышится частое дыхание шута. У дальней стены из темноты словно выдвинулась наполовину скрытая каменная фигура зверобога в стене.

Мускулистый торс, выпуклые, гладкие мышцы словно выточены умелыми и кропотливыми мастерами, мощные, разведенные в стороны руки, как будто Гаран — распят. Рогатая голова опущена, словно бог задремал. Вмурованного в стену древнего бога ограждает несколько торчащих из пола камней человеку до пояса.

Когда шут с волхвом подошли к ограде из камней, Гаран поднял голову. Вспыхнувшие красным огнем глаза уставились на пришедших.

— Славься, могучий Гаран! - сказал Кирилога с поклоном.

— Слава тебе, наш бог! - поклонился Иохла.

Гаран ответил глухим рычанием, огонь в глазах на миг вспыхнул ярче, выдавая не то узнавание, не то гнев.

— Вы...пришли…черви, - прогремел его голос в пещере, отражаясь эхом от стен и высокого потолка. - Узрели мое знамение…

Иохла с Кирилогой переглянулись. Волхв нервно сглотнул, понимая, что диалог придется вести ему одному.

— Огненный камень, что упал в самом центре Арсы? - уточнил Кирилога. - Конечно, узрели, могучий! Я сразу понял, что ты нас призываешь!

Гаран вновь глухо зарычал. Иохла попытался угадать его мысли, но сделать это по выражению его грубого лица со звериными чертами было невозможно.

— Что прикажешь, о могучий и бессмертный? - вопросил Иохла. - Глаголь! Мы вниманием!

Гаран перевел взгляд с одно на другого, обронил:

— Я перестал бросать огонь…

— Но почему? - спросил волхв. - Что случилось?

Гаран гулко рассмеялся. Хохот мгновенно усилился эхом пещеры, прогрохотал, словно гром.

— Пора платить за мою...помощь, черви! - молвил он. - Отныне — за каждый день, когда посылаю огонь, будете приносить жертвы!

— Как скажешь, могучий! - торопливо согласился Кирилога, побледнев, и чувствуя, что уже от страха обливается холодным потом. - Завтра же...барашка...нет — быка! Целое стадо!!