Книга Песнь Таргитая. Гойда, страница 140 – Юрий Молчан

Многие дома уничтожены прямым попаданием, на их месте огромные обугленные ямы, лежат куски обгорелых бревен, почерневшие от огня камни, обгорелые дверные проемы, дымящиеся, наполовину сгоревшие сараи, конюшни. Обугленные остовы летних кухонь во дворах, домов. В богатых кварталах валяются обугленные останки двух- и трехповерховых домов из камня.

То здесь, то там куски дорогого мрамора, обломки статуй, изваяний богов. Лежат накрытые рогожей тела убитых куявов — женщин, детей, стариков, иногда целых семей. Огненные камни убивают даже тех, кто схоронился в погребах и подвалах, сжигая заживо.

Во многих дворах и на улицах стоит скорбный плач по погибшим. Матери оплакивают детей и престарелых отцов. Дети в ужасе смотрят на неподвижно лежащие, накрытые тканью тела родителей, братьев и сестер.

Проехали мимо древнего храма Мокоши, куда ночью угодило два огненных камня. Сакральное капище под каменной крышей, где столетиями кланялись и почитали Великую Мать, снесено, остались лишь каменные основания стен, измазанные копотью. Рядом молча сидят седые волхвы, опираясь на посохи. Лица в саже, одежды тоже. Взгляды пустые, мыслями не здесь.

При появлении Яросвета с воинами куявы обращают к нему взоры, словно моля о помощи. Другие смотрят хмуро и зло, как бы умоляя отомстить подлым артанам, что даже выиграть войну честно не могут — за них черный бог швыряет с неба огненные камни каждый день и каждую ночь, убивая тех, кто даже меча в руки не берет и не выходит на бой в чистом поле.

В некоторых дворах полыхают погребальные костры, окруженные людом. В других только сложили крады и готовятся поджечь, дабы облегчить умершим дорогу в вирий. Лица искажены болью, глаза и скулы женщин блестят от слез. На лбах и под глазами у молодых и красивых женщин и девушек пролегли глубокие морщины от горя, что пришлось увидеть и пережить.

Плачущих младенцев держат на руках, успокаивая, а подросшие дети с пугливым молчанием держатся у ног родни, глядя, как полыхает огонь, унося душу отца или матери, братьев да сестер в вирий к богам. На воротах в одном из кварталов Яросвет заметил вымазанный кровью рушник — знак, что хоронят не успевшую разрешиться от бремени. От этого сердце тцара сжалось еще сильнее — артане убили еще не рожденного ребенка, а заодно и носившую его молодую женщину.

Вскоре тцар с воинами выехал на центральную площадь с шумным фонтаном в центре. Там возвышается огромное изваяние мускулистого полуголого воина. Волосы спадают на широкие плечи, за поясом топор. Могучие руки разведены вширь, и рот приоткрыт в песне, а лицо обращено к небу. Придон, вспомнил Яросвет. Ослепленный любовью к дочери тцара Тулея Придон в прошлую кровопролитную войну повел артан на Куявию, чтобы взять Итанию, получить ее любовь, которая, как ожидал, будет взаимной.

Душераздирающие песни Придона о любви к Итании трогали сердца даже куявов. После войны, когда отвергнутого богатыря с разбитым от горя сердцем сожгли на погребальном костре, вскоре потомок Тулея велел возвести его статую в знак уважения к герою и дружбы между Артанией и Куявией. Это изваяние простояло на центральной площади Куябы несколько сотен лет. Каждый год летом к ней стекаются певцы со всей Куявии, слагают новые песни, играют простому люду, что приходит послушать. Живут прямо на площади в шатрах. Кто побогаче — на постоялых дворах.