Книга Любовь Шрама. Расплата за прошлое, страница 16 – Саня Сладкая

Чтобы выбить дурь из головы, резко поворачиваюсь, и бью кулаком в стену. Боль заставляет вернуться в реальность, и трезво оценить происходящее.

Все это время, я лезу не в свое дело. Спас незнакомую женщину по просьбе друга, лечил ее, готовил еду. А потом сам не понял, как запал на нее. Это же так теперь называется?

Почему из всех — именно она? И куда она вообще пошла⁈

За окном вечер, и ветки деревьев гнет от ветра. Вместо того чтобы сидеть на диване под теплым пледом и есть пирожные, Василиса предпочла сбежать в неизвестность. Наверняка, уже сняла какую-нибудь дешевую квартиру, смотрит в окно, и думает о Шраме.

О ком ей еще думать, как не о человеке, который стрелял в нее в упор? Я ненавижу себя, потому что в тайне радуюсь тому, что ничего ей не рассказал. Василиса не должна узнать про наш план Б. И если Ян на самом деле ничего не помнит, она никогда не узнает правду. Она никогда его не найдет, и так будет лучше для нее, и для меня.

Трубная 10. Обычная панельная девятиэтажка с неработающими фонарями и облезлыми лавочками. Сейчас — середина октября, и на площадке почти никого нет. Я не хотела сюда ехать, но — приехала. Как преступник, который возвращается на место преступления, я не смогла себя остановить, и сейчас стою возле подъезда, и не знаю, что делать.

Машину Яна я узнала сразу — черный джип стоит прямо передо мной: чистенький, только с автомойки.

Теперь нет никаких сомнений в том, что мужчина, который спас мне жизнь, а потом решил убить — живет в этом доме. И если он убийца, значит, я в опасности. Только круглая дура приедет в логово к своему врагу. Но, я не могу иначе. Я самоотверженно лезу в пасть кровожадному зверю, и меня это ни капли не беспокоит.

Двадцать минут я просто стою под окнами и смотрю на детскую площадку. Какой идиоткой надо быть, чтобы узнать адрес, но не узнать номер квартиры!

Но, смогла бы я подняться к нему? Сейчас, мне кажется, что — нет.

Глупее ситуации не придумаешь. Если Ян потерял память, то смысла нет вообще ни в чем. Я совершила ошибку. Единственное, что я могу сейчас сделать — это уехать, и забыть о нем навсегда.

Озарение наступает внезапно, и я чувствую облегчение. Зачем мне эта правда? Ведь все кончилось!

— Регина?

Вздрагиваю, услышав до боли знакомый голос, и разворачиваюсь к подъездной двери. Ян стоит в проеме: чужой и далекий, он смотрит на меня серьезно и равнодушно.

— Почему ты не заходишь? Я отправлял номер квартиры. Документы где?

— Я… — кажется, у меня пропал голос, — извини. Я просто хотела подышать свежим воздухом.

— И как, подышала? — он язвительно поводит бровью и открывает дверь шире, — я уже замерз, заходи.

Я коротко киваю, и торопливо семеню к крыльцу. В голове не укладывается то, что он мог принять меня за другую женщину. За какую-то Регину. Знать бы, кто она такая… Но, раз он спросил про документы, она может быть коллегой или секретаршей, которая приехала на дом. Я знаю, что Ян открыл издательство «Буква», но рабочий подход, конечно, интересный — вызывать собственных сотрудниц к себе домой — пик непрофессионализма. Или он вызвал ее не для этого?..

Мы поднимаемся по лестнице, и я смотрю Яну в спину. Ситуация кажется абсурдной, и от волнения я забыла главную цель своего приезда. Сейчас, это не имеет значения. Если он все забыл, то меня новую, тем более не вспомнит.