Книга За гранью приличий, страница 44 – Стэйси Фокс

— Я еще вчера это хотел сделать, но …

— Но Макс, а как же Илья? Я уверена, что он расстроится, узнав о твоем отъезде.

«К черту его!». Меньше всего Арского сейчас волновало то, что подумает об этом всем Власов. Ему просто поскорее захотелось сбежать из этого проклятого города, к себе, обратно в Москву. Туда, где все было привычно и знакомо, просто. Где он снова сможет надеть маску циничного подонка, продолжая жить жизнью испорченного деньгами мажора. Где нет ее, той, что с легкостью открывает его старые раны, о которых он мечтал бы забыть.

— Все уже решено. Билет куплен.

Он шел по коридору к выходу.

— Ничего еще не решено и вообще, ты не смеешь бросать меня тут одну, чтобы после я объясняла Власовым из-за чего ты уехал.

Грозные нотки в ее голосе удивили его. Саша неожиданно показала ту сторону своего характера, о которой даже и не думала, что она у нее есть.

— Ты останешься тут, до их приезда. А после, … после можешь обратно проваливать в свою Москву. Но если ты поступишь иначе, то я скажу, что ничего об этом не знала и ты просто сбежал.

«Вот же маленькая зараза».

На его губах застыла насмешка.

— Это шантаж девочка?

Сощурив глаза, она ткнула указательным пальцем ему в грудь.

— Воспринимай, как хочешь. Зная правду, я не хочу врать Власовым.

Арский не удержался и вспылил.

— И ради кого ты так стараешься? — пауза. Их зрительный контакт. — Ради Ильи?

Неожиданно тон его голоса стал таким холодным. Вместо улыбки, на лице появилась непроницаемая маска отчужденности. Такая же, какая была на его лице все эти дни.

— Неужели, думаешь, что он действительно оценит твои старания и поблагодарит? Громова, очнись! Сними, наконец, эти чертовые розовые очки и посмотри правде в глаза.

Арский замолчал. Он снова перегнул палку. Ему не следовало говорить то, что касалось лишь их двоих: Ильи и Саши. Пусть сами разбираются в своих отношениях, а с него достаточно.

Он посмотрел ей в глаза, они заблестели.

«Твою ж мать!.. Отлично Макс, ты в очередной раз своим красноречием довел девушку до слез. Лучше бы все это высказал тому, кто действительно виноват. А не выплескивал это дерьмо на голову невинного человека. В чем её вина?…».

Когда он уже был готов открыть эту чертову дверь, чтобы раз и навсегда стереть из своей жизни упоминание об этом городе и ей, то внезапно почувствовал теплое прикосновение мягкой руки к своей ладони. Оно как будто пробралось ему под кожу, оставим там невидимый след. Как электро импульс, оно привело его в сознание.

— Пусть не увидит.

Она прошептала глядя в пол, сжимая его пальцы.

— Пусть не оценит.

Одинокая слеза скользнула по нежной щеке, цепляясь за уголок губ.

— Я просто хочу что-то сделать для него. …

Пронзительный взгляд Максу прямо в душу.

— … ради него. Просто так. Понимаешь?

Отводит глаза в сторону, пытаясь быть сильной.

— Взамен мне ненужно ничего.

Сжимает пересохшие губы.

— Я только хочу, чтобы он был счастлив.

Дрожит.

…

Глупая, наивная, влюбленная девочка. Если бы ты только знала …

Александра шмыгнула носом и тыльной стороной ладони, поспешила стереть слезы, которые непроизвольно потекли из глаз.

— Прошу, — прошептала, снова глядя в его лицо, — Останься еще на несколько дней. Пожалуйста. Пусть мы не ладим друг с другом, но ведь на несколько дней можно об этом забыть. А после, поступай, как знаешь.