Книга Лавка платьев для драконьих невест, страница 54 – Илина Ясная

Внутри Анабеллы что-то радостно дрогнуло. Именно этого она и добивалась.

— Теперь платье.

Селестина надела его поверх нового комплекта, а Анабелла помогла застегнуть последние крючки. Тёмная ткань сразу легла по бёдрам ровнее и чище — никакого лишнего объёма от панталон. Селестина почти сразу это заметила. Повернулась боком, потом спиной.

— Оно раньше здесь немного топорщилось.

— Из-за нижнего белья.

— То есть я получаю красивое бельё, а платье сверху ещё и сидит лучше?

— Именно.

Анабелла рассмеялась.

Селестина тут же посмотрела на оставшийся свёрток.

— А второе?

Вот теперь внутри снова стало горячо. Анабелла перевела взгляд на прикрытый тканью второй комплект.

— Второе другое.

Она сняла светлую ткань.

Селестина молчала значительно дольше, чем в первый раз. Перед ней лежал тот же глубокий зелёный шёлк, но теперь его пересекали матовые чёрные ленты. Небольшие банты располагались по бокам нижней части, ещё несколько — на лифе.

Селестина подняла верх, повертела в руках, нашла ленты и посмотрела на Анабеллу.

— Ах вот как.

Щёки у той предательски потеплели.

— Это парадный.

— Парадный?

— Я не знала, как назвать.

Селестина усмехнулась и взяла нижнюю часть. Пальцы сразу нашли один из бантов.

— Это развязывается?

Она медленно потянула за свободный конец. Узел ослаб, ткань раскрылась.

Селестина посмотрела сначала на бельё, потом на Анабеллу.

— Вы вчера ночью были в очень интересном настроении.

Первый комплект пришлось снять. Анабелла отвернулась на несколько мгновений, а когда снова посмотрела на Селестину, та уже стояла перед зеркалом во втором варианте.

И воздух в комнате будто изменился.

Первый комплект был красивым. Этот был создан именно для взгляда.

Чёрные ленты очерчивали светлую кожу, банты по бокам лежали чуть выше бёдер. Мягкий лиф хорошо поддерживал грудь, но при этом выглядел почти хрупким, будто вся конструкция зависела лишь от нескольких узлов. Анабелла прекрасно знала, что при обычном движении ничего не развяжется, но сама иллюзия работала именно так, как она и хотела.

Селестина стояла неподвижно. Анабелла тоже молчала.

— Ну? — наконец спросила она.

Селестина не ответила. Собрала волосы, повернулась боком, потом спиной и посмотрела на своё отражение через плечо.

Анабелла поймала себя на том, что теперь смотрит уже не только профессионально. Иначе было невозможно. Она сама придумала эти линии, именно на этом теле представляла зелёный шёлк и чёрные ленты, но реальность оказалась сильнее воображения.

Шёлк повторял изгибы. Ленты подчёркивали их. И самое откровенное бельё в комнате парадоксальным образом заставляло смотреть не на ткань.

На женщину.

Селестина провела пальцем под лентой на бедре.

— Это удобно.

Анабелла словно очнулась.

— Правда?

— Да. Странно, но да.

Селестина прошлась по комнате, села, снова поднялась.

— Ничего не впивается.

— Я сделала ленты шире, чем сначала собиралась.

— Правильно.

Она снова остановилась перед зеркалом.

— Но ведь вы придумали их не ради удобства.

Анабелла почувствовала подвох.

— В том числе.

— Анабелла.

— Что?

Селестина повернулась к ней.

— Зачем банты?

Возникла короткая пауза.

— Красиво.

— Лгунья.

Анабелла подняла подбородок.

— Тогда сами догадайтесь.

Селестина опустила взгляд на ленту, взялась за свободный конец и очень медленно потянула. Узел ослаб. Ткань с одного бока перестала держаться и слегка сдвинулась.