Книга Вторая жизнь. На этот раз я не ваша, дракон, страница 85 – Майкл Скофилд

— Да.

— Он составлен вашей рукой?

— Да.

— Под принуждением?

— Нет.

В зале стало очень тихо.

Я услышала, как где-то у дальней стены скрипнул стул.

Поверенный выдержал паузу.

— Тогда объясните, почему человек, добровольно передавший место встречи для задержания Астена, теперь утверждает, что вся опасность исходила исключительно от господина Орсана.

Я посмотрела на лист.

Потом подняла голову.

— Я не утверждаю, что не участвовала в создании опасности. Это моя записка. Я сама это сделала.

Слова прозвучали отчетливо.

Мне не пришлось говорить громче.

— Я обещала сохранить встречу в тайне и нарушила обещание. Считала, что Астена нужно задержать, потому что поверила показанным мне письмам и словам Валента Орсана. Я не проверила то, что могла проверить. Мне хотелось получить простое объяснение смерти отца и человека, на которого можно направить злость.

Поверенный открыл рот.

Председатель жестом позволил мне закончить.

— Я рассчитывала на законный допрос. Не давала поручения убить Рейнара Астена или Торена Брека. Не знала о подготовленном контуре, стрелках и приказах охране. Когда поняла, что встреча опасна, поехала предупредить. На месте увидела, что люди Кроу стреляют, хотя им никто не мешал предъявить законное распоряжение и дождаться ответа.

Я перевела дыхание.

— Мой поступок был ошибкой, за которую отвечаю я. Решение использовать его для нападения принимала не я.

В зале никто не зааплодировал.

И хорошо.

Мне не нужна была награда за то, что наконец перестала прятаться.

Поверенный посмотрел на записку.

— Вы изменили позицию после того, как оказались в доме Астена.

— Я предупредила его до того, как оказалась в его доме.

— Но ваши отношения теперь…

— Возникли после описанных событий. Я этого не скрываю.

Щеки горели.

Голос оставался ровным.

— Наличие отношений не меняет подлинность торговых книг, устройство составных писем или записи о выдаче оружия. И не делает мою старую записку чужой.

Веста попросила приобщить сведения о начале переписки и подтвержденных встречах. Самая ранняя установленная личная встреча относилась к четырнадцатому мая, уже после смерти отца. Подтверждений утверждения о прежней связи Валент не представил.

Поверенный задал еще несколько вопросов.

О том, кому принадлежал дом в Риане.

Кто оплатил дорогу.

Где я жила в Вельске.

Я отвечала.

Рейнар помог с первыми расходами. Деньги я вернула после восстановления доступа к счету. В Вельске работала у Инги Севен, получала плату и сама участвовала в поиске Каспара. Подтверждения имелись: переписка, записи мастерской, сведения артели.

Это не было доказательством моей безупречности.

Но постепенно разрушало удобный образ женщины, которую все время несет чужая воля.

Валент больше не смотрел на меня с мягким сочувствием.

Я заметила это и неожиданно поняла, что мне не страшно потерять его расположение.

Нечего было терять.

Меня отпустили на место.

Рейнар поднялся, чтобы я могла пройти, потом сел рядом.

Я не посмотрела на него сразу.

Сначала положила руки на колени и дождалась, пока перестанут дрожать пальцы.

Потом повернулась.

Он смотрел открыто.

В этом взгляде оставались и боль, и память, и любовь.

Ничто не отменяло остального.

Слушание продолжалось до второй половины дня.

Рассматривали еще документы, уточняли платежи, оглашали сведения о попытке вывезти Кроу. Проверка этой попытки только начиналась, и Веста прямо сказала, что пока не использует неподтвержденные слова задержанных как окончательное доказательство заказа Орсана.