Книга Афера генерала Фераро, страница 40 – Майя Фар

То место, где мы стояли с Фераро, вдруг обвалилось. И я бы тоже упала, если бы генерал резко не оттолкнул меня от себя.

Сам же он оказался на самом краю обрыва, я только и успела, что уловить блеск его глаз, как он рухнул вниз, но ему удалось зацепиться руками за землю.

Я буквально секунду потратила на изумление, а потом вскочила и сразу же кинулась, упала на колени и попыталась схватить генерала за куртку.

— Вам меня не удержать, Аврора, — сказал генерал, уже трансформировавший руки, и пытавшийся зацепиться, но земля, вдруг ставшая рыхлой, не удерживала его тяжёлое тело.

— Да, что же это?! — вскричала я, пытаясь вытащить генерала.

— Простите, Аврора, — произнёс Фераро, и прежде, чем я поняла, что происходит, снова меня оттолкнул, но я была к этому готова, и генералу не удалось отцепить меня, но только когда я почувствовала, что скольжу, и тяжёлое тело генерала Фераро утягивает нас вниз, я осознала, что Фераро был прав.

Он дракон, у него был шанс выжить. У меня нет.

Полёт, продлившийся пару секунд, но казавшийся бесконечным, закончился ударом о ледяную воду. Но я не ощутила ни холода, ни боли, потому что в последний момент Фераро обернулся в дракона и, защищая меня, накрыл меня крыльями.

И скоро я почувствовала, как меня вытаскивают на берег.

— Как вы? — спросил Фераро, и я почувствовала тепло его дыхания у своих губ.

Я открыла глаза, и увидела его лицо прямо передо мной. Светящиеся после оборота глаза, и чётко очерченные губы.

«Да катись всё,» — подумала я, и, закинув руки Фераро на шею, поцеловала его.

Мы целовались, как будто этот случай, то, что мы оба оказались на грани, совсем по-другому расставил приоритеты. И стало неважно, что он возможный подозреваемый, и то, что мне непонятны его мотивы.

Мне сейчас было ясно одно. Меня тянет к Фераро, и… я устала быть «ледяной звездой».

Я знала, что так меня называют в управлении. «Аврора» и в этом мире переводилось как «утренняя звезда», но ко мне прилипло прозвище «ледяная» — и для всех много лет так и было.

Так что же случилось сейчас? Я пыталась понять, что со мной. Да, адреналин брызнул в кровь, я испугалась, когда земля поехала под ногами. Но Фераро-то не мог испугаться. Драконов вообще сложно убить, он мог обратиться в любой момент.

Можно было бы списать то, что нас бросило друг к другу, на адреналин. Меня — могло. Но не его. И в то же время его поцелуй был искренним — таким же искренним, как и всё, что он делал до этого.

Так не бывает. Весь мой опыт общения с драконами, всё, чему я научилась за эти несколько лет жизни здесь, указывало на то, что драконам верить нельзя. Они не считают нас равными им.

Но ему я верила.

Поцелуй закончился, а я всё ещё держала его за шею, и он не делал ничего — чтобы я имела возможность его оттолкнуть. И от этого меня влекло к нему ещё больше. Он не спрашивал, холодно ли мне, не лез руками туда, куда не надо. Во-первых, мне и не могло быть холодно: я лежала, укрытая крыльями, рядом с драконом, а у них и так температура тела выше. А уж после оборота драконы горячие, как печка.

А, во-вторых, он целовал меня осторожно, не торопясь, наслаждаясь и делал это именно так, как хотелось мне. Иногда поцелуй — значит гораздо больше, чем всё остальное. Не каждого можно поцеловать.