Книга Афера генерала Фераро, страница 35 – Майя Фар

Я прикрыла дверь. Арман так и стоял глядя на закрытую дверь. После небольшой паузы он спросил:

— Кто такая Кристин Конвей?

И я вдруг вспомнила, что, несмотря на все эти признаки самца, метящего свою территорию, Арман Роше всё-таки оставался одним из ведущих следователей столичной инквизиции.

— Это сестра жены генерала Фераро.

— Почему ты вызвала её на допрос?

У меня не было ответа, который не затрагивал бы Фераро как подозреваемого. Какое-то время я молчала, пытаясь найти версию, которую можно было бы озвучить. Так и не найдя, сказала:

— Потому что я не исключаю того, что Фераро может быть участником этого преступления.

Арман нахмурился. Несколько мгновений он в недоумении смотрел на меня, а потом резко расхохотался.

— Нет, Аврора, этого не может быть!

— Почему?

— Ну, возможно, потому что он уже держал его в руках, и знает про него больше, чем остальные. И потому что если кто-то и стоит на охране порядка в империи, то это именно Фераро.

Но неожиданно Арман добавил:

— Я бы не исключал кого-то из его сотрудников. Ты уже всех проверила?

— Да, я проверила всех, но ни у кого нет мотива, — ответила я.

— А у Фераро есть? — в тоне Армана сквозил сарказм.

— Есть, Арман, особенно, если я верно понимаю назначение Венца.

— А как ты его понимаешь?

Мы уже снова расселись в гостиной и Арман снова налил вино в бокалы и теперь держал свой бокал обеими руками, грея его.

Я попыталась объяснить то, что мне удалось узнать.

— Ну, как я поняла, что с помощью Венца можно изменить прошлое, переплести Узор.

Я взглянула на Роше, но на его лице ничего нельзя было прочитать. И тогда я продолжила:

— Если это так, и кто-то хочет изменить прошлое, переплетя узор, то у Фераро есть не просто мотив, а мотивище.

Арман как-то странно усмехнулся:

— Переплести узор…

Но не договорил, осёкся на полуслове, как будто бы он хотел что-то сказать, но передумал.

— Ты что-то хотел добавить? — спросила я.

— Нет-нет, — слишком поспешно ответил мужчина, — просто пришла мысль, но я её уже забыл.

И Арман перевёл разговор обратно на ситуацию с Милошем.

— Значит, вызов был с внутренней линии, — сказал он.

Я замолчала на секунду.

— Да, — сказала я. И вдруг поняла, что я ещё не успела об этом рассказать. — А ты откуда знаешь?

— Ты сказала, — уверенно ответил Арман.

Я ещё раз прокрутила в голове состоявшийся до прихода Фераро разговор.

— Нет, я не говорила.

Он легко пожал плечами.

— Ну, значит, я догадался. Вряд ли этот, как его… Мироц Молиш… поверил бы, если бы ему не позвонили с внутренней линии. Это же очевидно, Аврора.

— Его зовут Милош Мориц, — поправила я Армана.

Мне вдруг стало неприятно, что он «не запомнил» имя Милоша. Арман был из тех, кто никогда и ничего не забывал.

— Тем более, — улыбнулся Арман.

«Ну конечно, это было очевидно», — подумала я. Но всё же червячок сомнения у меня остался.

— Ладно, — снова перевёл тему Арман, и в голосе прорезался начальник. — Хватит тебе в одиночку копать. Я приехал не с пустыми руками.

Он достал из портфеля чёрный футляр, размером с мужскую ладонь, и, открыв его извлёк из него прибор.

Небольшой, сделанным из тёмного блестящего металла, похожий на многоугольник с гранями. Но, несмотря на то что он был блестящий, свет от него не отражался. А как будто даже наоборот.