Книга Курортная афера, страница 41 – Юлия Обушная

Гости зааплодировали и выпили за счастье молодых.

— Сознаюсь, дети мои, в Шотландии я так и не побывал. Я обитал в коттедже Светланы Борисовны, в бинокль наблюдая за вами. Ради шутки я представил Снежану Олеговну своей женой. На самом деле госпожа Леонова принята мной на должность экономки. Молодая женщина числится лучшим сотрудником в фирме моей жены, — рассмеялся Назаров.

Петр Данилович пригласил супругу на танец. Пара отлично двигалась под медленную музыку. Многие приглашенные присоединились к героям праздника.

На сад постепенно опустились сумерки. Снежана Олеговна зажгла гирлянду фонарей, и теплый свет озарил праздничный стол. Обстановка тут же стала уютной и более интимной. Легкий вечерний ветерок доносил медовый аромат роз, смешивая с запахом шашлыков.

Светлана Борисовна покинула торжество, чтобы сменить гардероб. Таша и Елена со Снежаной последовали за Кузнецовой для помощи в переодевании.

По прошествии двадцати минут супруга архитектора перемещалась среди гостей в алом платье вечернего покроя с бриллиантовым колье на шее и счастливой улыбкой на устах.

По словам подсевшей за стол Натальи, я узнал, что ожерелье украшено пятьюдесятью высококачественными бриллиантами, выстроенными в абстрактный цветочный узор. Основу композиции составляли крупные камни, а также съёмный кулон в виде двойной капли с тринадцатью бриллиантами изумрудной и грушевидной форм. Этот кулон соединялся цепочкой с ещё тридцатью семью бриллиантами. Подвески, дополняющие ожерелье, можно носить отдельно в качестве брошей.

Я знал, что бриллиантовые ожерелья по-прежнему являются воплощением роскоши и мастерства ювелиров. Их дизайн постоянно развивается, сочетая традиции с современными технологиями. Но то, что сейчас размещалось на груди у мадам Кузнецовой, явно достойно украшать королеву! Но, простите великодушно, не висеть у простой русской бабы на шее! Это мое личное мнение, и никого обидеть я не хотел!

— Это ожерелье дед подарил моей бабушке на ее пятидесятилетие. Петр Данилович приобрел бриллианты на аукционе за границей. Наталья Ярославовна после своей смерти драгоценность оставляла мне. Дед обещал вручить украшение по исполнении моих двадцати лет. И вот мне уже 22, а колье висит на шее новой мадам Назаровой! – в возмущении пробурчала Таша, шепча в мое ухо.

— Ты не смотри, что дед при людях вежливый, тактичный и умный человек. На самом деле он вредный, мнительный и скряга, - добавила моя девушка, с аппетитом расправляясь с сочным шашлыком.

— Ваське и Петьке повезло, у них есть родители. И сильного влияния дед на судьбу внуков оказывать не может. Я же росла под присмотром Натальи Ярославовны и Петра Даниловича, пока мама занималась семейным фондом и личной жизнью, - делилась информацией Таша, глядя на старика.

— Дед во всем контролировал меня и навязывал свое мнение. Дело свое открыть не позволил, денег много не давал. Выйти замуж за парня без капитала тоже не дозволено. И осталась я ни с чем: ни колье, ни денег, ни любви мне не видать. Бабушка при жизни направляла, советовала, сглаживала острые углы характера деда. С момента ее смерти, обмана мужа сестры Петр Данилович стал подозрительным, прижимистым, вредным, - вздохнула девушка, сыто откидываясь на стуле.

— Я тебя очень люблю, Таша! И мне неважно, что ты нищая! – заявил я, шутливо подтолкнув любимую локтем в бок.