Книга Райан. Гром среди ясного неба, страница 47 – Камеллия Т. Джонсон

Пока я думала, Райан опустил нож к моей груди, небрежно провел острием по моему довольно сексуальному топу, едва не разрезав ткань. Может Райану он не пришелся по вкусу, но я считала его очень даже горячим. Он мне нравился.

— Прекрати вести себя как преступник.

Игнорируя мои слова, Райан продолжал наступать:

— Не знаю, чего ты добивалась, Сладкий. Но вечер ты мне подпортила знатно. Я остался без подружки на ночь. Причем дважды.

Вспыхнувшее во мне возмущение не позволило промолчать. И как всегда, я сперва говорила, а потом думала.

— И что я должна сделать, сосед? Поплакать за тебя или, может, пожалеть? Как печально: Райан Слейтер этой ночью не потра…

Нет, я не могла произнести это слово. И запнулась, давясь от смущения.

Даже под страхом смерти я не смогу быть вульгарной. Я вообще ненавидела пошлость. И никогда не употребляла грязных слов.

Райана моя реакция лишь позабавила.

— Ну, скажи это, мелкая, – усмехнулся он. Синие глаза улыбались.

— Пошел ты!

Нож теперь заскользил по моим губам. Острый кончик больно впился в самый уголок. Я испугалась еще сильней, но не стала дергаться. Лишь слабый железный привкус привел меня в состояние боевой готовности.

— Псих, ты меня порезал!

Испытывая чувство вины или что-то сродни этому, Райан отпрянул, и в глазах его отразились замешательство и сомнение. Но не страх. И тут же мне показалось, что его даже позабавил результат. Мужская рука с ножом замерла подальше от нас обоих.

— Если бы ты не дергалась, все было бы в порядке, – отозвался Райан обвиняющим тоном.

— О, теперь я виновата в том, что ты меня порезал?

— Знаешь что, малявка?

— Что? – на эмоциях переспросила я, касаясь царапины.

Мы оба учащенно дышали. Я даже боялась, что сердце выпрыгнет через горло. А глаза-сапфиры смотрели на мои губы. Верней, на кровоточащую ранку.

— Больше. Никогда. Не смей. Отвечать. За меня.

Как же странно его здесь видеть. Слышать его обвинения. Дышать с ним одним воздухом. Я добилась, чего хотела. Райан Слейтер снова замечал меня.

Я могла заупрямиться, но лучшей тактикой было притворство.

— Не понимаю, в чем ты меня обвиняешь, сосед. Как я могла написать кому-то с твоего телефона? Или сорвать твои развлечения? Скажи, каким образом это могло произойти?

Райан замер, однако недоверчивая холодная ухмылка не сошла с его губ. Если бы я могла поцеловать их, наверное, умерла бы от переизбытка чувств. Но мне никогда этого не узнать. Райан и я – две несовместимые противоположности.

— Брось притворство, мышонок. Все уже поняли, это твоих рук дело. Никакая другая девушка или парень в здравом уме не выкинет подобное в наш адрес. Только ты… – он сделал довольно долгую паузу, – не отличаешься большим умом.

Он был так близко, что я дышала ароматом его парфюма, смешанным с мужским запахом. Только руку протянуть, и я смогу коснуться щетинистого подбородка или прямого носа. Его мягких полных губ.

Я боялась его. Но боялась не только физического вреда. Я опасалась того, во что рискую превратиться, если Слейтер ответит мне взаимностью.

Желание отомстить за ранку и оскорбление затмило разум, и, замахнувшись, я ударила парня моей мечты. И меня можно было понять, ведь он только что оскорбил меня.

Синие глаза заискрились удивлением, а затем – злобой. Теперь я могла думать лишь о слабости в коленях, о том, каково это – ощущать его губы на своих, а его руки – на талии. Отвратительная дрожь злила меня все больше и больше. Это всегда происходило в его присутствии. Ему даже заговаривать было необязательно. Меня бросало в холод и трепет от одного вида Райана Слейтера.