Книга Жена, которую захотели все, страница 40 – Злата Нова

Как странно. Всё оказалось наоборот.

Желание пришло тогда, когда она наконец перестала ждать разрешения быть красивой.

Она примерила зелёный комплект последним. И именно он добил её окончательно. В нём не было ничего агрессивного. Только цвет, который делал её кожу тёплой, грудь — почти царственной, а глаза в зеркале — глубже. Анна подошла ближе к отражению, коснулась пальцами своего плеча, ключицы, линии груди и почувствовала, как к горлу подступает что-то очень похожее на слёзы.

Не от жалости к себе.

От позднего, почти болезненного узнавания.

Сколько лет она прожила, словно всё это тело было чем-то, за что нужно извиняться? Сколько раз входила в комнату чуть боком, чуть втянув живот, чуть заранее решив, что если на неё смотрят, то обязательно мысленно сравнивают с кем-то лучше, тоньше, моложе, удобнее? Сколько раз сама же крала у себя право быть желанной ещё до того, как кто-то вообще успевал сказать слово?

Анна опустила голову и тихо рассмеялась сквозь ком в горле.

— Господи, — шепнула она своему отражению. — Какая же ты была дурочка.

И, может быть, именно эта фраза оказалась для неё важнее всех мужских признаний, всех горячих слов и всех чужих рук.

Потому что впервые прозвучала не как оскорбление.

Как прощение.

Она вышла из примерочной с тремя комплектами. Консультантка посмотрела на неё и улыбнулась чуть шире, чем в начале.

— Вам очень идёт этот выбор, — сказала она.

Анна кивнула.

— Мне тоже так кажется.

И, произнеся это, сама удивилась тому, как спокойно и естественно прозвучал её голос.

По дороге домой она шла медленно, с красивыми пакетами в руках и с чувством, будто только что купила не бельё даже, а какую-то очень важную часть самой себя. Не новую. Скорее ту, что всё это время ждала, когда её наконец перестанут прятать под словами «не мой тип фигуры», «мне такое не идёт», «это для других женщин».

Дома Анна разложила покупки на кровати и долго сидела рядом. Потом надела зелёный комплект снова, уже не для примерки, а просто так. Встала перед зеркалом в спальне, распустила волосы и посмотрела на себя ещё раз.

Та же грудь. Тот же живот. Те же бёдра.

Но взгляд другой.

В этом взгляде больше не было просьбы о пощаде.

Только тихое, зрелое, почти удивлённое восхищение.

Она больше не хотела быть «женщиной, которую наконец-то захотели». Это было слишком мало. Слишком зависимо от чужих глаз.

Она хотела быть женщиной, которая сама знает, что красива. И уже потом — если захочет — позволяет другим тоже это увидеть.

Когда вечером пришёл Дмитрий, Анна встретила его не в халате и не в привычной домашней футболке, а в длинной рубашке, под которой скрывался новый комплект. Он заметил перемену сразу, но ничего не сказал. Только посмотрел дольше обычного, и Анна впервые за очень долгое время не отвела взгляд.

— Что-то случилось? — спросил он.

Она покачала головой.

— Нет. Просто сегодня я, кажется, впервые себе понравилась.

Дмитрий замер на секунду. Потом в его лице появилось что-то очень мягкое.

— Наконец-то, — тихо сказал он.

Анна подошла к зеркалу ещё раз уже поздно вечером, когда осталась одна в спальне. Комната была полутёмной, в окне отражался город, а её собственное тело в мягком зелёном белье казалось не вызовом и не обещанием, а просто правдой.

Она провела ладонью по талии, по животу, по бедру и подумала, что, возможно, всё самое важное в ней началось не тогда, когда её впервые по-настоящему захотели мужчины.