Книга Запретный телохранитель, страница 26 – Майя Пивоварова

Мои люди уважали Бубнова, и уважения он действительно заслужил.

— Одумался. — усмехнулся я. — Веди. Умойте его только для начала.

Он быстро сдался. Я был уверен, что Альберт без труда просидит несколько недель и выдержит все мои физические нравоучения. Он крепкий парень.

Через десять минут двери в кабинет снова открылись, и я увидел его. Разбитые бровь и губа, гематома на шее, уходящая под футболку, и наверняка еще с парочку таких будет на теле. Мои парни умеют «учить» по моему приказу.

Но на его губах — наглая улыбка.

— Ну, чем порадуешь? — я рукой приглашаю его сесть, но он игнорирует жест.

— Я предлагаю сделку. — уверенно заявляет он.

И моя бровь дергается.

— А ты наглее, чем я думал.

Альберт на секунду опускает голову и усмехается, а в следующий миг легким движением достает из-под футболки пистолет.

— Зря отказались от моих парней. Ваши невнимательны. — с этими словами он снимает пистолет с предохранителя.

Но такому сопляку меня не напугать. Я даже не дернулся. Я выходец из девяностых. В меня столько раз целились и стреляли, что ему и не снилось.

Я отпил из своего бокала, не изменившись в лице.

— Я тебя на куски порву и скормлю рыбам. — спокойно проговорил я.

Альберт поджимает губы и подходит к моему столу. На выдохе кладет пистолет на стол рукоятью ко мне, дулом к себе.

— Он для вас. Гарантия моих слов — моя жизнь.

— Не одумался?

— Я и так отниму твою жизнь, если мне будет надо.

— С последствиями.

— Я предлагаю свою жизнь без них взамен на нашу сделку.

Он делает несколько шагов назад и садится в кресло у стола с шахматами.

— Я не откажусь от вашей дочери. Я люблю Юлю.

Я поднял пистолет. Тяжелый. Давно не держал оружие.

— У тебя две минуты, чтобы убедить меня не стрелять. И я не промахнусь.

— Я не достоин вашей дочери. Знаю. Она заслуживает большего и лучшего. Знаю. Но и я не безнадежен. Это знаете вы. Сейчас у меня есть приличная, но небольшая для вас сумма на счету, квартира и дом. Есть машины. Бизнес.

Я перепишу все, кроме бизнеса, на Юлю. Сразу, без условий. Это будет моей гарантией, что она не останется ни с чем в случае чего.

Я выдохнул и положил пистолет на стол.

— Слушаю. Продолжай. — говорю я и беру бокал.

— Я прошу семь лет. За это время я обещаю приумножить свой капитал. Вы знаете: я человек слова. Если сказал, так и будет. Я обеспечу Юлю, дам ей все, что она пожелает. Взамен прошу вас одобрить наши отношения.

— Ты самоуверенный тип, Бубнов. Но меня не убедил.

— Я еще не закончил.

Он взял фигуру коня и сделал ход по доске.

— Я даю слово, что за это время между мной и Юлей не будет резких шагов. Я подожду со свадьбой. Обещаю, что за это время не появится детей. Я открою счет на ее имя и каждый год буду вносить внушительную сумму. Если через семь лет я все еще буду неподходящей партией, то сам порву с ней. Она будет ненавидеть меня, а не вас. И еще я обещаю улучшить ваши отношения за это время.

— Уложился.

Я посмотрел на часы.

— Но я все еще не услышал, что мне мешает пристрелить тебя прямо здесь и сейчас.

— Ненависть. И вы знаете, как отреагирует Юля. И знаете последствия. Хотите навязать ей кого-то, но забываете, что она ваша дочь и обладает вашими чертами характера.

Он делает еще один ход конем.

— Павел Владленович, вы меня знаете. Я открыт, я предсказуем для вас и не так плох. Давайте договоримся. Семь лет. Ведь я искренне люблю вашу дочь.