Книга Эрик Фойгт: Холод не чувствуют дважды, страница 112 – Лаврентий Огнев

Но как водится, если ты думаешь, что всё плохо — скоро представится возможность убедиться, что бывает и хуже. Когда провизия начала подходить к концу, я решила попробовать поймать птичку — запах бензина выветрился и птицы снова стали прилетать на остров. Двух я почти поймала — сумела магически усыпить их внимание, и собиралась уже взять их и утащить на шхуну. Вот только я не учла, что на острове есть и другие охотники и конкуренция им не очень по душе. Тех же птичек приглядел один милый скарифасик. К счастью, эльфами они не питаются и во мне он видел только конкурента, а не добычу — иначе он бы просто растерзал меня, а так — “всего лишь” полоснул когтями по ноге, разорвав мышцы. А дальше, я уже сама полетела кубарем с небольшой скалы.

Чудом я сумела остановить кровь, бьющую из огромной раны. Но после этого я осознала, что ногу я умудрилась ещё и сломать — из той же раны торчали обломки кости. Я чуть не упала в обморок. Боль пронзила все тело — до этой секунды я просто не осознавала, что произошло. На то, чтобы отключить чувство боли и контролировать кровотечение, у меня ушли почти все магические силы. Каким уж чудом я доползла до Полюса, я не знаю, не знаю и как очутилась на борту. Очнулась я уже в машинном отделении, в куче одеял. Рядом лежали остатки консервов. До вашего появления я оттуда и не выползала, разве что до гальюна, видимо, мое везение безгранично — вход в него гениальный конструктор сделал из машинного отделения. А дальше выбраться я и не смогла бы уже. С каждым днем я слабела — кушала по чуть-чуть, все силы отдавала если не на заживление, так хотя бы на контроль раны. Еда закончилась за две недели до вашего появления. Но тут Полюс спас меня ещё раз. Когда я поняла, что мне конец, сверху по лестнице скатился невесть откуда взявшийся деревянный ящик. Упав, он разбился и по полу раскатились банки с консервами — астрологи объявили месяц тушенки. Часть банок была уже прогнившей — в них была какая-то похожая на мазут мерзкая субстанция. В тех же, что были целы — была вполне терпимая на вкус тушёнка. На крышке была выбита дата изготовления — тысяча девятьсот сороковой год, изготовитель “Кермерранский кансервый завот.”, срок годности — “Как павизёт, но ни менше 5 зим”. Мне — повезло. А потом, пришли вы. У меня оставалось две банки…

На этом Элизиэль закончила рассказ и откинулась на подушку. Было видно, что даже воспоминания о произошедшем, дались ей очень нелегко.

— И все-таки я так и не сумела понять, каким чудом Полюс понял, что я в беде? — переведя дух, подняла последний вопрос Элизиэль.

— Скорее всего только он и сможет об этом рассказать, — сказал Эрик, — но, если бы не то, что при этом произошло, мы не сумели бы тебя найти, да что там — мы даже не поняли бы, что надо начинать поиски.

— Я даже не подумала, как это было, — задумалась девушка.

— Произошло крушение самолета, на котором везли Полюса. Я не знаю, виной тому внешний фактор или проблемы с “временным сосудом”, а может это результат реакции Полюса на то, что он узнал.

— Но Алиса же с нами, тут! С ней все в порядке?

— Не совсем. Оба пилота погибли. Алиса серьезно пострадала, но целители очень быстро её подлатали. При этом самолет не разбился, кто-то сумел посадить его. Расследование ещё не закончено и наша экспедиция — часть его.