Книга Убойный отдел, страница 87 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

Так что мы с Ником сели за оформление бумаг по вчерашнему убийству. В этот раз их, правда, было не слишком много — заключения от криминалистов пока не было, а без них перейти к заключительному этапу оформления мы не могли.

Поэтому, когда в обед зазвонил телефон, я ответил почти сразу — уже ждал звонка от Балларда. Однако голос в трубке принадлежал совсем не ему.

— Майкл, здравствуй, это Брюс. Брюс Лоусон, — раздалось из трубки после того, как я поднял ее и представился.

Детектив из отдела по борьбе с наркотиками? А ему что понадобилось? Еще какие-то показания нужны?

— Привет, Брюс, слушаю тебя, — ответил я. — Случилось что-то?

— Да нет, напротив, — произнес он спокойным голосом. — Звоню рассказать об итогах дела, вам ведь интересно наверняка.

О как. Отчитаться решил о том, как прошло расследование по тому доктору, что выписывал фентермин без обследований? Приятно, ничего не скажешь — держит нас в курсе за то, что мы ему дело на блюдечке принесли.

— Спасибо, конечно интересно, — ответил я. — И что там удалось раскопать?

— Мы провели обыск, перевернули вверх дном всю клинику, проверили движение средств по счетам, а потом и домой к врачу с обыском нагрянули. В клинике, правда, этот ублюдок все подчистил — хорошо, что вы изъяли карты и журнал назначений. А вот дома у него нашлось почти сто семьдесят тысяч баксов наличкой в тайнике за шкафом, происхождение которых наш доблестный врач пояснить не смог.

Ни хрена себе — без малого двести штук. Кучеряво нынче живут врачи, если рецептурными препаратами приторговывают.

— У него и на счетах клиники крупные суммы обнаружились, как будто даже чистые, — продолжил Лоусон. — Но мы прижали нескольких его пациентов, и некоторые раскололись, признали, что он систематически выписывал им фентермин за то, что они якобы оплачивали длительный курс программы похудения, с кучей формальных приемов и консультаций, на которые на самом деле, естественно, не ходили. Так что чисто по документам клиника у него была охренительно успешной финансово. Мы сейчас продолжаем допросы, но уже больше чтобы количество эпизодов установить — так-то все ясно уже.

— Ну да, эпизодов там будет несколько десятков.

— Это если мы еще что-нибудь не раскопаем. А это не исключено — делом уже интересуется федеральное управление, — ответил Лоусон.

Это уже серьезно. Если за дело возьмется Управление по борьбе с наркотиками, коновалу точно мало не покажется. Те из каждого дела выжимают максимум.

— Хадсон пока на сделку не идет, утверждает, что это были случайные единичные случаи, отдельные превышения по назначениям. Но тут он уже не проскочит, это точно, пойдет по схеме «пилл милл» — за организацию клиники, де-факто не оказывающей врачебных услуг, а созданной с целью торговли рецептами. С лицензией он уже однозначно попрощается, а мы постараемся доказать столько эпизодов, сколько сможем, чтобы прокурор потом выбил ему реальный срок побольше. В камере у него будет достаточно времени, чтобы подумать о том, сколько людей он угробил.

— Это точно, — кивнул я. — Моя бы воля — я бы его как отравителя судил, а не как торговца рецептами.

— Согласен, — ответил Лоусон. — Но увы, мы тут бессильны, убийство на него не повесить, те девушки ведь по своей воле эту отраву пили, да еще и с нарушением дозировки. Хотя я бы тоже был доволен, если бы ему дали лет тридцать как отравителю. Но все равно — это будет отягчающим. Все-таки четыре трупа — не шутка, даже если прямой ответственности как за убийства за это не предусмотрено.