Книга Три похищенных солнца. Расследования механического сыщика, страница 19 – Тимур Суворкин

Человеческий мир заканчивался, дирижабль шел по самой его границе. Границе, отчерченной страшной рекой Обь, границе, за которой на тысячи километров раскинулась кровавая тайга, где по зиме падал с небес алый, разъедающий кожу снег и росли жадные до человечины ложные кедры, где жили дикие племена и хищные птицы с человеческими лицами, где правили Чужие боги и росли из земли гигантские костяные города. Там стояли вытесанные из дикого камня зиккураты, разливал свои черные воды бездонный и жадный Байкал, горели белым огнем Ленские столпы и лежала павшая с небес Великая комета, навеки исковеркавшая привычный нам мир.

Ариадна обернулась ко мне и заметила, что я проснулся.

— Мне сперва показалось, что у меня случился сбой сенсоров, – тихо произнесла напарница.

В ее голосе я расслышал непривычные мне нотки.

— Нервничаешь? – аккуратно спросил я.

— В меня не заложена эта функция, – мгновенно отрезала Ариадна.

Немного помолчав, она продолжила:

— То, что я вижу, иррационально. Это сбивает меня. Для нас, машин, иррациональность недопустима.

Ариадна непроизвольно скрестила руки на груди.

Я чуть улыбнулся:

— Ничего, это ты еще Енисей не видела.

Я невольно вспомнил свою практику на судоремонтных верфях. Вспомнил бесконечную ширь реки и висящие над ней зыбкие тучи, закрывающие небо от горизонта до горизонта. Там было куда ближе к комете, а потому светились они во много раз ярче. Однако самым жутким было то, что в разрывах изумрудных облаков то и дело вспыхивали полосы ревущего алого огня, жар от которого порой можно было чувствовать даже с земли.

— Ты не беспокойся, здесь все безопасно, – поспешил заверить я и указал на виды за окном.

На левом берегу Оби уже виднелась цепочка укреплений, знаменитый «Константинов вал», построенный при позапрошлом нашем императоре. Каждый километр – часовня-блокгауз; каждые пять – укрепленная церковь при орудийных батареях; каждые тридцать – военный монастырь. В самых опасных местах засеки, минные поля и базы канонерских лодок. Ну а чудовищно широкая река, протекающая перед всеми этими укреплениями, служила еще одним важнейшим барьером между нашим миром и миром чуждых человечеству богов.

— Виктор, я не понимаю, как это вообще возможно? – наконец произнесла Ариадна, смотря то на кипящие зеленые небеса, то на бесконечный простор алой тайги. – Не могло же такое произойти лишь из-за одной упавшей в Сибири кометы? Это алогично.

— Ну, есть разные теории. Если говорить прямо, никто пока не знает, что именно упало на Землю. Ни одна экспедиция так и не смогла подойти к Ленским столпам, а ядро кометы где-то там. И скорее всего, на нашем веку туда никто не доберется.

— Почему?

— Уровень техники не позволяет. Нам в училище показывали отчеты выживших экспедиций. Вблизи Ленских столпов уже нет нашего мира. Там другие законы физики, по-другому течет время, даже воздух есть не везде. Может быть, через век-два прогресс позволит создать аппараты, что дойдут до Ленских столпов, но сейчас это невозможно.

— Виктор, скажите, а как вы считаете, та комета, что упала в Сибири, она была такой же, как и две до нее? – Ариадна внимательно посмотрела на меня.

— Я не думаю, что их было лишь две. Да, древнеримские астрономы наблюдали шестихвостую комету, идущую к Марсу, византийцы писали о четыреххвостой комете, павшей на Венеру, однако это лишь те источники, что дошли до нас. Наскальные рисунки полны изображений многохвостых звезд. Юпитер, Сатурн, Меркурий – все они окрашены в тот же цвет, что Венера и Марс после падений комет.