Книга Скандальная любовь лорда, страница 153 – Вера Ширай

— Нет, Эви, конечно, нет. Я не смог бы так с вами поступить.

Стоило ему замолчать, как Эви вновь посмотрела на дверь. И осознание того, что она хочет закончить разговор, уйти от него, причиняло такую душевную боль, какой он никогда прежде не испытывал.

— Я так ревновал, — признался он. — Я знаю, это глупо. Но даже когда вы принадлежали мне телом, я чувствовал, что ваш разум далёк от меня. Другие всегда знали о вас больше, чем я. Агент Торп знал о вашем прошлом, о планах на будущее.

Эвелин даже не собиралась отрицать: это действительно было так. Но она верила, что они обо всём договорились.

— Вы были счастливы, когда я предложила вам эти условия. Разве это не лучшие отношения с актрисой, о которых только может мечтать аристократ?

— Всё изменилось. Я старался ради вас, но сколько бы усилий ни прилагал, вы не пускали меня в свои мысли.

Сначала он потянулся к ней рукой, но, заметив, как девушка невольно отклонилась от него, коснулся своего виска.

— Вы не представляете, я ревновал вас даже к Софии, с которой вы могли обсуждать статьи. К режиссёру, который мог обсуждать с вами новую пьесу. Все эти чувства съедали меня.

— Александр…

Эвелин просто не могла подобрать слов, не могла довериться ему. Ведь в его характере так прочно засела уверенность, что он точно знает, как поступить, даже если дело касалось её жизни.

— Эви, нужно было сразу всё рассказать тебе.

— Я не могу быть столь откровенна с вами… После всего, что вы сделали, я не могу вам доверять.

Девушка направилась к выходу из комнаты. И лишь у самой двери обернулась и посмотрела на него.

— Я хочу, чтобы вы знали: я бы никогда в жизни не отправил это письмо. Я готов сохранить в тайне любой ваш секрет. Вы должны это знать. Я готов пойти на многое, чтобы завоевать ваше доверие.

Эвелин остановилась на полпути. Она решила сказать ему правду:

— Вы же лучше, чем кто-либо, знаете, что такие отношения не приведут ни к чему хорошему. У каждого из нас будет своя семья. Жить в обмане я не хочу. Мы даже не можем доверять друг другу.

Она задумалась на мгновение:

— Доктор сказал, что моему дяде нужно хотя бы две недели, чтобы поправиться. За это время я улажу все свои дела. И мы уплывём в Америку…

Эвелин сказала это и выскочила за дверь, оставив его одного в темноте.

Эвелин всё понимала: она видела особое, мягкое отношение к ней, её дяде и даже Натану. Заботу и неподдельный интерес хозяина дома замечали все, включая слуг, которые стали особенно учтивыми. Она радовалась, что ни матушки герцога, ни его сестры в доме нет, и, съедаемая чувством неловкости, изо всех сил старалась проводить как можно больше времени у кровати больного.

— Не смотри на меня так, Ви, — пробормотал дядя. — Я ещё не умер.

Дядя уже успел проснуться, потребовать свою одежду, несколько раз позвать Эви, обозвать герцога нелицеприятным словом и вновь упасть на подушки. Эви видела, как быстро его покинули силы, и, промакивая его лоб полотенчиком, сама решила повременить с отъездом.

— Ну зачем? Я же запретил Торпу этому приближаться к тебе. А все эти письма, которые я получал из Швейцарии? — дядя изо всех сил старался разобраться с тем, как его племянница оказалась в Лондоне, да еще и в таком образе.

— Моя компаньонка там отлично проводит время.