Книга Академия Равессар, страница 152 – Ксения Кано

— Здесь кто-нибудь ещё есть?

Терен поднял глаза.

— Нет.

— А ваша жена?

— Не здесь.

— Она одна?

— За ней ухаживают.

Он ответил сразу, будто давно приготовил эти слова для любого, кто мог усомниться, что он всё предусмотрел. Я хотела спросить ещё что-нибудь: заставить его говорить о ней, отложить записи, потерять несколько минут. Но Терен положил перо и подвинул стул.

— Достаточно.

Мои пальцы сами прижались к камню.

— Вы закончили?

— Для начала.

Он поднялся и принялся освобождать край стола. Несколько листов убрал под записи Илвара, остальные сложил отдельно, придавив футляром. Всё это он делал неторопливо, и я смотрела на его руки с мучительным желанием остановить хотя бы одно движение.

* * *

Терен оставил возле алтаря узкий инструмент, чашу и две пластины. Одну положил у моего плеча, другую — ближе к ногам, затем коснулся браслетов.

— Что вы собираетесь делать?

— Проверить отклик. Полную передачу я сейчас не начну.

— Вы говорили, что не начнёте, пока не поймёте…

— Для этого и нужна проверка.

Он подвинул пластину. Я потянула руки, хотя уже знала, что крепления держат, и услышала тихий звон металла.

— Не причиняйте себе лишней боли.

Я посмотрела на него. Терен отвёл глаза первым, но ничего не убрал.

Мне больше нечего было сказать.

По камню прошла едва заметная дрожь. Она отозвалась под спиной, а затем ушла куда-то глубже, в основание алтаря. Я увидела, как возле пола проступила тонкая светлая линия и исчезла под стеной.

— Смотрите на меня.

Я отвернулась к потолку. Если посмотреть ему в лицо, он начнёт объяснять, что нужно потерпеть, дышать ровно, не мешать. Я не хотела помогать ему изображать хорошего лекаря.

Сначала появились только натяжение под рёбрами и тяжесть в руках. Тошнота поднялась к горлу раньше боли. Я принялась считать стыки камней над собой, стараясь удерживать взгляд на каждом достаточно долго, чтобы не замечать рук Терена.

Потом давление усилилось. Я сбилась со счёта, попыталась вдохнуть глубже и не смогла.

— Пока достаточно.

Воздействие прекратилось, но я ещё несколько мгновений лежала, ожидая, что оно вернётся. Только когда Терен отошёл к столу, удалось разжать зубы.

Он сделал запись.

Остановился, как обещал.

От этого почему-то захотелось плакать.

* * *

Скрип за стеной прозвучал снова — коротко, с глухим щелчком в конце.

Терен поднял голову. Я сразу перестала дышать, следя за тем, как он переводит взгляд с перегородки на дверь.

— Что это?

— Ничего.

Но к записям он не вернулся. Подошёл к выходу, коснулся стены возле косяка, и там проступили бледные линии. Из-за перегородки я видела только свет на его руке.

Он смотрел на него слишком долго.

Надежда появилась так резко, что стало больно. Я попыталась заглушить её: здесь могли скрипеть старые доски, оседать камень, шуметь вода под фундаментом. Терен мог проверять защиту по привычке.

Эрвин не знал, где я. Я даже не знала, жив ли он.

— Вы ведь не проверили, — сказала я.

Терен обернулся. Только тогда я поняла, что хочу удержать его взгляд на себе, не дать снова повернуться к стене.

— В галерее. Вы не проверили Эрвина.

— Мы уже обсуждали это.

— Вы могли убить его и даже не заметить.

Он сжал пальцы.

— Я сказал вам…

За дверью тихо стукнуло.

Лицо Терена изменилось раньше, чем он двинулся.