Книга Выбор Фатаны, страница 33 – София Бёрк

— Что вы делаете?

— То, чего от меня не ждут.

Фатана снова коснулась ее груди. Сила хлынула внутрь горячим потоком. На одно невозможное мгновение Аннабет почувствовала все сразу: движение воды, жар под землей, корни деревьев, чужую кровь и магию, пронизывающую мир невидимыми нитями.

Слишком огромная сила. Аннабет вскрикнула. Золотой свет вокруг нее задрожал. Нити начали рваться, тело стало прозрачным, словно сама изнанка мира пыталась вытолкнуть ее прочь.

Богиня нахмурилась и резко ослабила поток.

— Ты не можешь принять все.

— Вот это... — Аннабет с трудом перевела дыхание, —...я уже поняла.

— Твое тело еще спит. Магия, которой тебя усыпили, держит сознание слишком глубоко. Ты не способна вместить столько силы.

— Тогда, может, не будем? — Аннабет не до конца понимала происходящее. Но пора удивления, кажется, действительно закончилась на принятии мира магии. — Вы сказали, что меня усыпили магией?

— Ты спящая.

— Что еще за спящая?

— Ведьма, чью силу запечатали.

Аннабет уставилась на нее.

— Кто?

— Твоя мать.

— Моя мать была ведьмой?

— Очень сильной. Перед смертью она закрыла твою магию, чтобы тебя не нашли.

Фатана чуть улыбнулась.

— Правда, теперь скрывать тебя уже поздно.

Она закрыла глаза, и бушующий вокруг золотой свет начал стягиваться к ее ладони. Теперь сила входила в Аннабет иначе — не сокрушительной волной, а тонким горячим потоком, который проникал все глубже, пока не коснулся самого сердца.

— Всю силу я тебе не отдам, — тихо произнесла Фатана. — Но часть останется с тобой.

— И что мне со всем этим делать?

— Разберешься. — Богиня откровенно рассмеялась.

— Что-то конкурсы какие-то неинтересные, и тамада сплоховал.

Черная вода уходила из-под ног, звезды гасли, а золотые искры одна за другой растворялись в темноте. Аннабет почувствовала, как что-то тянет ее назад — туда, где осталось тело, холодный алтарь и мир, в котором еще несколько часов назад не существовало никакой магии.

— Живи, Аннабет Кросс. — Темнота сомкнулась вокруг девушки, растворяя ее сознание.

Фатана осталась одна посреди угасающего мира. Несколько мгновений она смотрела туда, где исчезла Аннабет, а затем опустила взгляд на собственную ладонь. Золотое сияние медленно угасало между пальцами.

— Прости меня, Кай, — прошептала она уже в пустоту. — Иначе нельзя.

И где-то по другую сторону мира сердце Аннабет снова совершило удар.

Первые несколько секунд Аластор был уверен, что все прошло именно так, как должно.

Аннабет больше не дышала. Сердце остановилось почти сразу, тело обмякло на холодном камне, а голубая ткань майки быстро темнела вокруг раны.

Архимаг смотрел только на кулон.

Кровь достигла янтаря, впиталась в тонкие линии оправы, и на мгновение внутри камня вспыхнул ослепительный свет. Аластор даже задержал дыхание, ожидая того, ради чего столько лет изучал обрывки древних текстов и выслушивал насмешки демона.

Но сияние погасло. Янтарь потемнел и снова стал обычным камнем.

Аластор нахмурился.

— Нет… — Он протянул руку, но не успел коснуться кулона.

Мир содрогнулся. Первый удар пришел снизу, из самой глубины Башни. Каменный пол качнулся так сильно, что один из подсвечников опрокинулся, свечи покатились по плитам, а по стенам с сухим треском побежали тонкие трещины. Почти одновременно пространство зала наполнилось магией. Она хлынула неизвестно откуда — огромными, беспорядочными потоками, не похожими ни на силу магов, ни на природную магию ведьм.