Книга Бедовая ведьмица, или приключения на мой хвост, страница 90 – Светлана Калинникова

Для меня выход был очевидный – имущество передать родственникам, которые по истечении неблагоприятного времени возвратят все обратно владельцу. Вера Колесникова не соглашалась, она как истинная мать опасалась, что пострадают твои интересы. Тогда-то мы и познакомились, и я сумел ее убедить в том, что это единственная возможность сохранить бизнес и частные интересы.

— По прошествии времени я думала, что подпись в договоре поддельная.

— Это, конечно, легко организовать, - согласился Караваев, - но в суде было можно доказать, что «росчерк пера» не принадлежит подписанту через проведение почерковедческой экспертизы. И зачем столько усилий понапрасну? Сестра Колесникова была должна вернуть квартиру в собственность семьи через год-полтора, но погибла Вера. Сергей Владимирович, убедивший себя в том, что ты стала причиной смерти жены, решил, что в наследство ты войдешь минимально. Он мог отказаться от того остатка средств, что числился за Верой, но решил, что его вступление в наследство на супружескую долю – тоже часть твоего наказания.

Понимаешь, против тебя сыграла и твоя ведьминская сущность. Лену до смерти напугало, что ты прокляла ее. Она буквально билась в истерике, и то, что Колесников заставил тебя снять с нее это… заклятье, или как там у вас называется, ее не успокоило. Она тебя и ненавидела, и боялась. Отчасти твое нападение на нее сыграло ей на руку, Колесников взбесился из-за твоей непокорности и вынудил тебя уехать из города. Ну и, тетушкино колдовство работало против тебя.

Единственное, в чем я отказал Лене, так в ее просьбе «закрутить» роман с твоей матерью. Как-то это… не по мне.

— Кстати, Магический кодекс такие действия ведьмы расценивает как незаконные. Семья разрушена, человек погиб. Боже, ну зачем ты все рассказал маме? – воскликнула я.

— Повторяю снова - я помог своей сестре. Никто не думал, что Вера Колесникова окажется под колесами машины.

— Кровь превыше всего, - напомнила я.

— В нашей семье всегда держатся друг за друга. И так получилось, что твой отец предпочитает топить в дерьме своих же. Я никогда не понимал такой позиции, но каждый имеет право на свои ошибки. Кстати, ты уже успела ему позвонить? Уверен, что его гнев теперь будет направлен на Лену.

— За все нужно платить, - жестко вернула я его же слова. – Зачем вы подбросили мне свечки и нечастного котенка?

— Свечки Ленкина подружка подкинула, вроде, как заговоренные, чтобы ты уехала в Лесковск. Котенка Лена не убивала, опять же подружка постаралась. Какой-то ритуал.

— Жестоко и безрезультатно. Она плохо кончит – в дурдоме. Я гарантирую.

— Да, не оправдываю. Так что я помог расчистить Лене дорогу к твоему отцу. Через невольную жертву твоей матери.

— А меня тебе не было жаль, Саша? Я тринадцать лет провела в изгнании. И ты причастен к нему.

— Я не был знаком с тобой. И потом… ты Лену избила жестоко, пыталась проклясть. Наша встреча с тобой в Лесовске, конечно, меня обескуражила, и я тобой увлекся. И, черт возьми, мелькнула мысль тебя влюбить и одним махом покончить с этой историей. Не успел. Дольский увел буквально из-под носа. Наверное, если бы не он, у нас что-нибудь и получилось.

— Ты избил его?

— Я? Нет-нет, водитель мой нашел крепких ребят, которые предупредили, чтобы не путался у тебя под ногами. Просто сказали, что ты скоро уедешь, и не стоит задерживать девушку. Была, правда, мысль, передать привет от твоего отца, но передумал.