Книга Дракон попал в силки невесты, страница 20 – Светлана Калинникова

За год я ни разу не напился, работал до упора, как никогда раньше. В двадцать пять лет моя пора загулов и дурмана вседозволенности закончилась. Я возмужал, набрался практического опыта и очень сблизился с дядей, который на год оставил свои дела в Испании, спасая меня и дело моего отца.

Всё было неплохо, пока однажды он не произнёс:

— Всё, Данька. Это всё. Последняя инстанция подтвердила законность сделки. Больше рассчитывать нам н на что.

Он говорил, что я буду работать в его фирме. Дядя убеждал меня в том, что потеря компании — это мой опыт, которого, можно было избежать, но не удалось. Он дотошно перечислил те суммы, что были на моих счетах, и говорил о том, что, поработав у него, я через пару лет смогу начать самостоятельное дело.

Так и было: я работал, поздно вечером приезжал домой и постоянно возвращался к мысли о том, что подвёл отца, человека, которому я был обязан всем. Чёрт возьми, после смерти матери он в наш дом ни разу не привёл женщину, сказав, что у его сына мачехи не будет. А я не справился.

Я скатывался в депрессию постепенно: от равнодушного исполнения всех данных мне заданий на работе до проводимых в одиночестве вечеров и выходных. Всех друзей и подружек я из своей жизни вычеркнул. Пока в один из осенних вечеров за окном я не увидел часы. Старинные часы с буквой «Д» на циферблате. Мне показалось, что я могу дотянуться до них, и открыл окно настежь. Удивительно, но я не упал, а закружился в вихре, несущем меня к звёздам. А потом мне будто выключили свет.***Как понимаете, дорогие друзья, теперь наши герои расскажут, как они оказались в королевстве Грингор, став драконом и ведьмой.

Из воспоминанийДаниила Григорьева: «Кто-то вообще задумывался над выражением «другая жизнь»? У меня не было такой роскоши — задумываться, потому что у меня теперь всё было по-другому. Я жил в своём теле, но под другим именем, в другой семье, в других обстоятельствах: где я был всем знаком, но сам никого не знал. И этот проклятый драконий огонь… Я знаю только одно определение тому, что случилось со мной: крушение. Первое время меня не утешало даже то, что я вообще жив».

— Дэни, просыпайся, — девушка била меня по щекам. — Чёрт тебя подери, просыпайся! О небо, за что мне это?

Сквозь причитания незнакомого голоса я всё ещё слышал скрип часов. Мне вспомнился сон: странные часы, полёт сквозь звёздное небо и дикая усталость от работы и груза последнего года. Девушка трясла меня, по-прежнему коверкая моё имя на иностранный манер — Дэни. Как только я перестал слышать тиканье стрелок, глаза мои открылись.

Надо мной стояла возмущённая девчонка лет семнадцати в странном платье, вроде тех, что показывают в костюмных сериалах. Она показалась мне знакомой, потому что в ней угадывались чьи-то черты лица, даже резкий взмах рукой, чтобы снова приложиться к моей щеке.

— Что тебе надо? — грубо спросил я. Незнакомка же ни капли не смутилась, а разъярилась больше, чем прежде.

— Чтобы ты поднял свой ленивый зад и немедленно оделся! К нам уже пришли кредиторы. Они принесли закладные на наш дом и поместье за Дракстоном. Я пыталась им сказать, что ты болен, но они не поверили. Они сказали, что твоя болезнь называется похмельем и это не их проблема.