Книга Белая ворона, страница 93 – Мария Дубинина

Мне занятия не нашлось.

Звонил Бон, сказал, что в Нью-Келси жертв не было, но они готовы оказать помощь, если понадобится. Нью-Келси более крупный город, и вампирское общество там куда обширнее, поэтому я удивилась, что у них нет новичков. Хотя сейчас мы реже берем на себя ответственность чьей-то новой жизни, не то что в прежние времена.

Я снова бросила взгляд на замочную скважину, за которой скрывался старый дневник, поднялась и, схватив с вешалки куртку, вырвалась из темной комнаты на свободу. Следовало подкрепиться, если я не хочу, чтобы слабость и жажда застали меня врасплох в самый неподходящий для этого момент. И вскоре грохот электронной музыки слился с током крови множества людей, собравшихся в поздний час в баре с небольшим танцполом и очень большим выбором алкоголя. Неоновые вспышки света – красного, фиолетового и голубого – превращали танцующих в инопланетных существ, чьи движения то искусственно замедлялись, то, срываясь, напоминали конвульсии. Так громко, что мысли, едва появляясь в голове, падали обратно на дно сознания, придавленные децибелами. Я прошла мимо занятых молодежью столиков к барной стойке. Троица подруг в коротких платьях и высоких сапогах низко склонялись друг к другу, чтобы перекричать музыку, одна рассмеялась, широко растянув темно-красные губы, две другие оглянулись на только им известного парня из толпы.

Я села чуть в стороне и заказала коктейль. Он почти не имел вкуса, несмотря на яркий бирюзовый цвет и запах кокоса – мне он был нужен только чтобы занять руки и не выделяться.

Наверное, сегодня у меня не получалось притвориться как следует, потому что ко мне так никто и не подошел. Три подружки нашли себе партнеров на вечер и извивались в танце, выгодно демонстрируя стройные тела. На мгновение я даже подумала, а не пойти ли туда, в людской водоворот эндорфинов, жара разгоряченных тел и отпущенных на волю тайных желаний. Поставила пустой стакан на стойку и поднялась уже было, но в этот момент увидела, как открылась дверь и мелькнула светловолосая макушка. Не знаю, что это было, но мне захотелось пойти именно за этим человеком.

За стенами бара начиналась крутая лестница, подсвеченная красноватым мерцанием одинокой лампы и яркой вывески с названием. Поднявшись, я оказалась на тротуаре, медленно, но уверенно заметаемом снегом. Снежинки тяжело кружились в желтом свете уличных фонарей, как крупные белые мухи. Я сразу увидела того самого человека, идущего нетвердой походкой от одного фонаря до другого, вычерчивая следами извилистую дорожку на снегу. Я выдохнула и, уняв гул в ушах после долбежки в баре, неторопливо пошла за ним.

Охота не приносила удовольствия сама по себе, лишь краткие минуты сразу после насыщения становились особенными, когда чувствуешь себя сверхсуществом, полным и цельным, всемогущим. Все остальное – неприятная обязанность, рутина, от которой не избавиться. Впрочем, так думали не все. Ашер не думал. Я тряхнула головой, вместе с прилипшими снежинками на волосах скидывая ненужные мысли. Моя будущая жертва была изрядно пьяна, и даже если бы я шла за ним след в след, жадно дыша в затылок, он бы, наверное, не заметил. Только вот куда его понесло? Я ускорилась и догнала покачивающегося рослого парня за углом ближайшего здания. Это все еще был центр, самая его окраина, но на освещении частенько экономили, и я вслед за парнем оказалась в темноте между близко подступающими друг к другу кирпичными стенами. Он задел ногой мусорный бак и остановился ко мне спиной. Медленно повернулся.