Книга Над Этной розовое небо, страница 99 – Юлия Белова

— Надеюсь, приедешь к нам в гости после возвращения.

— Конечно.

— А где Фабио?

— А вон он на подиуме с музыкантами.

Я поворачиваюсь и замечаю Фабио. Он берет микрофон и машет мне рукой:

— Лиза! Голубоглазая Лиза! Ты помнишь, я обещал тебе спеть эту песню? И вот, кажется, лучше случая не придумать. Это тебе от меня.

Музыканты играют старинную «Лиза дальи окки блу», и Фабио начинает петь. Он поёт проникновенно и искренне, и его голос проникает прямо в сердце.

Подходит Марко.

— Пойдём, я очень хочу потанцевать с тобой, голубоглазая Лиза.

— Эта песня не про нас, — шепчу я.

— Ну припев вроде как можем применить, в смысле, что для нас это начало новой жизни.

Я плотнее прижимаюсь к нему, склоняю голову на плечо.

— Обними меня крепче…

Он прижимает меня к себе, и мы медленно качаемся под звуки голоса Фабио в собственном ритме, не попадая в такт песни. И до меня наконец, доходит, то есть действительно, по-настоящему доходит, что это и в самом деле начало чего-то нового. Я много раз за последнее время говорила это, но осознать у меня получается только сейчас. Я смотрю на папу, сидящего за столиком и не сводящего с меня глаз, на самозабвенно поющего Фабио, на довольного и расслабленного Пьерджорджио, на танцующих Юльку и Николу, влюблённо глядящих друг на друга, и понимаю, что они остаются в прошлом. Разумеется, мы будем видеться и, может быть, даже чаще чем раньше, но теперь всё будет по-другому.

И, прощаясь со страхами, маленькими победами, неуверенностью, слепыми поисками, томлением, волнующими голосами, влекущими взглядами — что там ещё наполняло мою жизнь — со всеми этими прекрасными и восхитительными повседневностями, мне становится немного печально.

— Не грусти, — словно заглядывая в мои мысли, тихонечко говорит Марко, — новая жизнь будет гораздо лучше старой.

Я поднимаю к нему лицо:

— Поцелуй меня…

В его глазах отражается розовое закатное небо, но через мгновение они оказываются так близко, что их становится невозможно разглядеть, а ещё через мгновение я уже не вижу вообще ничего.

— Идём…

Мы совершенно одни, никого нет, огни погашены и нам светят только звезды. Я немного растеряна и взволнована, как перед экзаменом — только минуту назад здесь были все, на кого я могла опереться, а сейчас никого нет, только он… И ещё сейчас будет второй раз, когда мы займёмся любовью… И это совсем не то, что было тогда…

Марко берет меня за руку и открывает дверь. Я останавливаюсь перед порогом и на мгновенье замираю, оглядываюсь назад — на ночь, стулья, столы, белеющие в сумрачном, призрачном саду, едва читаемые следы свадебного пиршества, цветы, практически съеденные ночью… Что я делаю? Кто этот человек? Ведь я совсем его не знаю, но иду за ним в его жизнь, оставляя позади всё, что было до этого…

— Лиза… — Он произносит моё имя очень тихо и нежно, и сердце сразу отзывается, начинает разгоняться и в груди становится тепло.

Мы заходим в дом. Здесь темно, через окна мерцание звёзд почти не пробивается, и мы останавливаемся. Он не включает свет — ждёт, когда привыкнут глаза, затем медленно двигается к лестнице, крепко сжимая мою руку.

В гостиной с камином темно, но через открытую дверь я вижу неяркий трепещущий свет в примыкающей комнате. Мы проходим туда. Её очертания теряются в тени, но в центре, рядом с кажущимся огромным диваном зажжено несколько больших свечей. На столике стоит огромный букет цветов, два бокала и бутылка шампанского.