Книга Приворотное зелье для Злого дракона, страница 18 – Анна Снегова

Мою спину буровил злобный разочарованный взгляд.

Я же, растерянная и сбитая с толку, еле догоняла широкий шаг Шейдара, перед которым дворцовые слуги едва успевали распахивать очередную дверь.

В оглушённом молчании я следовала за ним. Жёсткая хватка его руки жгла мою кожу. Почему драконы такие раскалённые? У меня, наверное, скоро ожог будет. Но потребовать убрать лапы я почему-то не решалась. Странным образом это прикосновение меня успокаивало.

Не отдал.

Он меня не отдал.

Всё тело слегка потряхивало. Я только теперь осознала.

Когда мы отошли достаточно далеко, вулкан под названием «Шейдар», наконец, взорвался.

— Какого чёрта ты творишь⁈ Я же приказывал молчать! Кто тебя просил раскрывать рот и привлекать его внимание? — обрушился на меня гнев дракона, пока он продолжал тащить меня за собой по великолепным коридорам и пышным коврам.

Я рассердилась и попыталась выдернуть руку.

Тщетно.

Да что ж это за деспот такой!

Нет, надо как можно скорее отсюда выбираться. Любой ценой.

Тут на каждом шагу сплошные умалишённые и маньяки. И это только первый день. Что дальше будет?

Я ничего не ответила, насупившись, и Шейдар не стал развивать тему.

Только какое-то время зыркал на меня гневно из-под насупленных бровей.

Я же старательно смотрела только под ноги, чтоб не встречаться с ним взглядом.

— Извините, — выдавила, наконец, из себя. — Не знала, что он прицепится. Уж поверьте, я меньше всех рада такому вниманию.

Мой ответ, кажется, его слегка утихомирил. Я уже поняла, что этот дракон из тех, кто терпеть не может, чтоб ему перечили, зато обожает изъявления покорности и когда соглашаются с каждым его словом. Была б я не такой правдорубкой и умела думать, прежде чем говорить, может, и сработалась бы с ним. Но я терпеть не могу унижаться. И ненавижу самодуров.

Ещё парочку залов мы преодолели в молчании.

— Откуда ты знаешь северный диалект?

Я вздрогнула, потому что глубоко ушла в свои мысли и не ожидала новых расспросов.

— Тётя на нём говорила.

— У тебя там в Ольтимерии осталась семья? Поэтому так хочешь вернуться? Может, муженёк и семеро по лавкам? Хотя… кольца на этой птичьей лапке вроде не наблюдается, — он небрежно приподнял мою ладонь и рассмотрел.

— Нет у меня никакой семьи! — рассердилась я. — Послушайте, что вы прицепились? Вы меня выкрали и удерживаете насильно. Вам плевать на то, что я думаю по этому поводу. Вы даже руку мою не хотите пустить, хотя мне отвратительны ваши прикосновения! Так какое дело до того, что у меня на душе?

Кажется, мои слова дракону не понравились. Очень сильно не понравились. Особенно задело, видимо, насчёт прикосновений. Кто-то тут явно чересчур избалован женским вниманием.

Он резко разжал пальцы, и я наконец-то заполучила обратно свою несчастную конечность. Прижала к груди и сердито потёрла покрасневшую кожу. Мои щёки почему-то горели.

Больше он со мной, к счастью, не заговаривал. И можно было сосредоточиться на том, чтобы не отстать от него и не заблудиться в прогулке по полутёмной улице. Фонари тут и там горели, но света давали немного, и за пределами освещённого круга царили плотные сумерки. Люди по вечерам по городу, кажется, старались особо не передвигаться, все спешили по домам, тут и там хлопали ставни.

Когда мы подошли к особняку дракона, в нём не горело ни одно окно.