Книга Переписать мир, страница 110 – Алёна Нова

Похоже, этот шторм мы и правда преодолели, но впереди было много других.

Глава 35

Мрак

Я не хотел делить её с другими, пусть и знал, что без этого не обойтись.

Все те дни, которые провёл в борьбе с напавшими вампирами, пока догонял Тею с остальными и всё то время, когда она была в недосягаемости, я только и мог, что думать о том, как объясню ей всё.

Но магия решила за меня, как я и предполагал…

Глядя на неё сейчас — сонную, такую уставшую, я понимал, что на самом деле Тее было гораздо хуже, чем мне, хотя она вряд ли в том признается. Каково это — принять своих врагов в качестве мужей и отдать им всю себя без остатка?

Я не имею права жаловаться на то, как всё обернулось, ведь она снова рядом — это главное, а мне нужно быть благодарным.

И всё равно жгучая ревность и злость разъедали внутренности, не давая смириться с таким исходом. Жестокие боги не могли наказать меня хуже…

На палубе было непривычно тихо, когда я вышел проветрить голову.

Эллиот раздавал люлей команде, погода стояла солнечная, и от прошедшего шторма не осталось и следа, а вампир грелся в жарких лучах, не причиняющих ему никакого вреда — ещё бы, после обретения пары ему теперь не могла навредить такая мелочь!

— Где твой брат? — поинтересовался, чтобы не нагрубить.

— Висит наказанный. Эти девчонки — те ещё охальницы, скажу я тебе, — покачал головой упырь. — Мне его впервые даже жаль.

— Ясно. Пойду тоже гляну на него.

Мне очень хотелось побеседовать со знаменитым Себастьяном Кровавым, спросить с него за те сотни, а может и тысячи загубленных девушек, стариков и детей, которым он позволили погибнуть по своей прихоти, но Терион не сразу дал уйти.

— Злишься?

Он ведь сам прекрасно чувствовал, как трудно сдерживаться.

— Нет, просто у моей жены, которую я ждал целую жизнь ещё четыре мужа, — ирония всегда была моим оружием, но сейчас я звучал слишком жалко, поэтому и в глаза вампиру я смотреть не мог.

— А я ведь тебе завидую, — полетело в спину заточенным клинком.

— Серьёзно?

— Тебе, в отличие от всех нас, не нужно её завоёвывать и доказывать, что мы не настолько ужасны. Мы закрепили ритуал только потому, что магия сработала, но Тее потребуется гораздо больше времени, чтобы принять нас всех. Понимаешь? Не считая крылатого с хвостатым, у тебя одного есть эта связь с ней, которой никогда не будет у меня и Дарртэна. И мы не можем это изменить.

Он ушёл первым, и вскоре я услышал их непринуждённую беседу с Элиотом и Ниалом, а сам я отправился в трюм, пытаясь переварить признание. Однако все мысли выкинуло из головы, как только я вошёл.

Иль’рэй были сильны и без магии, это я знал всегда, но эти… эти защекотали упыря до обморока. Перьями. Вырванными из крыльев пленных родичей Рана, загнувшихся на полу от чего-то неведомого. Какого. Демона?

— Он сознался, — с гордостью улыбнулась Лия, сжимая в руках своё оружие, пока Кровавый свисал с крюка, скосив ошалевшие глаза к носу, и не подавал никаких признаков жизни. Смерти, впрочем, тоже.

— Девочки… — хотел было отругать их за излишнюю жестокость, но понял, что не в праве — сам бы я поступил гораздо хуже. — И много удалось узнать?

— А вот это самое интересное, — сверкнул из темноты взглядом Дарртэн. — Но сперва обсудим кое-что другое.

* * *

Когда я проснулась, вокруг меня были перья. Маленькие, милые и красные пёрышки, щекочущие кожу, были разбросаны по всей постели, будто лепестки роз, а рядом сидел полуобнажённый Ран, поставив поднос, на котором дымился горячий отвар и что-то вроде бутербродов.