Книга Аккорды сердца, страница 50 – Алёна Нова

─ Я напоминаю, что весь вечер вы проводите в компании своих спутников, не покидая отель, ─ продолжает отец. ─ Он полностью в вашем распоряжении.

От того, как это звучит, уже хочется проблеваться, но всем по барабану — они пришли за живыми куклами и используют их так, как те не ожидают. Даже жаль некоторых наивнях, но многие сами сюда пришли, а связываться с богатенькими дядями часто себе дороже обходится.

─ А сейчас ты будешь хорошим внуком и поздороваешься со всеми, кому я тебя представлю, ─ лупит ба, пока девицы покидают свой кукольный пьедестал, а я наблюдаю, как Костя подаёт Нике ладонь.

─ Это ещё зачем?

─ За надом, ─ настойчиво тянет меня куда-то, а когда я снова ищу глазами сладкую парочку, их уже нет.

Твою мать.

* * *

─ И как это расценивать?

Он уводит меня прочь по коридору так стремительно, что я не успеваю ноги переставлять.

─ Как хочешь, ─ выдаёт сквозь зубы, крепко сжимая мою руку.

Этим вечером Константин Евгеньевич совсем иной. У него всегда была немного опасная аура человека, с которым можно и в огонь и воду, но сегодня он будто снял маску, и теперь он совсем не тот, кого я привыкла видеть.

─ Да погодите, ─ отчаянно торможу, едва не запинаясь о ковёр, в котором вязнут дурацкие шпильки.

Почти падаю, но меня ловят, и я оказываюсь в таких давно забытых объятиях, что на миг забываюсь, замирая, однако меня быстро приводят в чувства.

─ О чём ты думала, идя сюда? ─ держит крепко, пытаясь найти в моих глазах ответ. ─ Или так нравится выставлять себя перед богатыми ублюдками?

Ого.

─ Остановитесь, пока не наговорили того, чего не знаете, ─ выдыхаю со злостью и, наконец, освобождаюсь. ─ Я понятия не имела, что здесь будет происходить.

─ И как же твой… спутник, ─ его и без того острое лицо становится совсем хищным при упоминании Эля, ─ тебе ничего не объяснил?

Мне бы тоже не помешало знать, но почему-то хочется как-то оправдать сталкера, понять его мотивы.

─ Вас это не касается.

─ Да неужели?

─ Представьте. Вы потеряли право вмешиваться в мою жизнь, когда дали понять, что всё нужно прекратить.

И это до сих пор незакрытый гештальт. Я думала, что переболела, но дело даже не в том, как всё получилось между нами — просто чувство этой дурацкой незавершённости снова возникло, как только я встретила его в универе.

Он тоже явно вспоминает, как сообщил мне о том, что мы должны остаться просто учителем и ученицей, и что ко мне у него никогда не было ничего серьёзного, а потом свалил к невесте. Я поверила, ведь мы всегда верим в то, во что хотим верить, вот только боль оказалась слишком сильной.

─ Что? Нечего ответить?

Его одеколон по-прежнему всё тот же.

Его взгляд такой же, как пару лет назад, когда мы впервые поцеловались, но от этого только хуже.

Его близость уже не опьяняет так, как раньше — скорее, отравляет, и мне ясно, что этот вечер при любом раскладе для меня ничем хорошим не завершится.

─ Ты не представляешь, во что влезла, ─ устало качает головой, словно поймал меня курящей косяк прямо за школой, но я ведь ничего не сделала.

Добивает, что уже второй человек подозревает меня в каких-то преступлениях, о которых я ни сном, ни духом, и от этого я на самом деле начинаю ощущать себя преступницей.

Чем я такое заслужила?

─ Во что же? Просветите.

Осматривает нарочито-медленно, ведя глазами по телу, и мне тяжело выдерживать этот взгляд, однако ещё тяжелее слышать его слова.