Книга Бессердечный, страница 46 – Алёна Нова

─ А как иначе? У его сына увели невесту!

Я и сама знала, что дело было нечисто, и как это бредово звучит, но соглашаться с этим чудовищем не собиралась из вредности.

─ Как скажешь, Вишенка. Но я не идиот, а ты спрашивала зачем я тебя так «опозорил», ─ язык обвёл пупок, и моя нога дёрнулась вверх, но император почти улёгся на меня, не дав свершиться мести, а заодно перехватил, чтобы я его пятками по спине не забила. ─ Они хотели использовать тебя для чего-то, и поверь, если я узнаю, а я узнаю, что ты была в курсе этих планов, маленькая, комната для наказаний покажется тебе курортом, ─ добавил, пронзая меня тьмой своего взгляда. ─ Надеюсь, я ошибаюсь.

─ Откуда мне знать, что они задумали? Да и ты разве не можешь чувствовать ложь? ─ поразилась я, пытаясь прочесть ответ на его лице.

У меня ведь уже были сомнения по поводу этого, но неужели Высший и правда не способен чувствовать эмоции? Это ведь полный абсурд.

─ Обмануть можно даже такого, как я, Вишенка, ─ сурово ответили мне, отодвигаясь и подхватывая под бёдрами. ─ Так что на твоём месте я бы просто расслабился и наслаждался своим положением.

─ Положением твоей шлюхи?!

─ Если ты себя таковой считаешь, значит, я буду именно так с тобой обращаться. Хочешь?

Он притиснул меня к себе, толкнувшись в ягодицы своим возбуждением, грозящим прорвать лёгкую ткань штанов, и я зашипела.

─ Будь ты проклят!

─ Не проклинай проклятого, Вишенка — по тебе ударит, и может быть очень больно, ─ поделились со мной, жадно разглядывая мою бесстыдно выставленную перед ним плоть. ─ Но я могу сделать так, что даже боль будет приятной.

Кровь прилила к щекам, но между ног, как раз там, куда это чудовище смотрело, разгоралось предательское возбуждение, и я не могла с ним справиться. Высший втянул носом мой запах, оставшись очень довольным, а вот я отлично представила, что будет дальше.

─ Я буду кричать! ─ предупредила его, глядя в его насмешливые глаза.

─ Кричи, прелесть, ─ разрешил он, и едва я набрала в грудь побольше воздуха, зародившийся крик превратился в позорный стон.

Он приподнял меня ближе к своему лицу, успев подложить подушку мне под поясницу, и напал голодным зверем. Язык длинным росчерком прошёлся вдоль раскрытых лепестков вверх-вниз, нырнул в мою влажную глубину, вырывая очередной стон, а вместе с этим я почувствовала, как его пальцы кружат чуть ниже. Гораздо, гораздо ниже.

─ Не смей, слышишь? Не смей… Пожалуйста, ─ хрипя и пытаясь хоть как-то сменить своё положение, попросила я, но он держал слишком крепко.

─ О, так ты умеешь быть покладистой, ─ прозвучало с притворным удивлением. ─ Но у тебя нет выбора, помнишь? Расслабься, Вишенка — будет хорошо.

И пытка продолжилась. Его язык был неумолим, лаская то медленно и нежно, то в ход шли губы, втягивая невероятно чувствительную горошину, а я бессовестно текла на его пальцы, уже начавшие увереннее толкаться в запретное колечко. Сперва растягивали мучительно-медленно, входя осторожно, а потом это происходило всё быстрее, и если поначалу я всячески протестовала и извивалась, то вскоре ощущения чуть болезненной наполненности принесли что-то тягуче-приятное. Напугавшие меня сильнее, чем все его прежние действия.

─ Хватит, прошу! ─ вышло с остатками дыхания, только мучитель был глух к моим просьбам, не останавливаясь.