Книга Восьмая нота Джокера, страница 68 – Алёна Нова

Там у одного мужика даже очки запотели от такой обновлённой программы, и если бы меня не беспокоили другие вопросы, я бы точно эти линзы ему поломал стёклами внутрь, а так пусть живёт.

─ Ничего?

─ Глухо, как в танке, ─ морщится Славка, сидя рядом и уткнувшись в ноут. ─ Реально тебе говорю, там какой-то замес с ментами был, иначе я бы залез. Ты не пробовал у неё сам спросить?

Слова Абрамова всё ещё не выходят из головы, да и поведение Мишани твердит о многом, но я упорно не понимаю, что она скрывает. Загадочная и непостижимая, как хренов кубик Рубика, и чем чаще я двигаю детали, тем больше запутываюсь. Я слишком тупой для головоломок, а до правды докопаться хочу.

─ Она не та, кто будет о себе трепаться, как некоторые, ─ кошусь на Лику, пославшую мне улыбку.

─ Зацепила она тебя, ─ подмечает друг.

Молчу, потому что сказать нечего. На правду у меня всегда была аллергия в том плане, что как только она обрушивалась, я был к ней не готов, только остановиться уже не получится. Я пересёк черту и теперь только вперёд.

─ А у тебя как с Марусей?

─ Чего? ─ давится водой.

─ Да ладно, я вижу, как ты на неё пялишься. ─ Я давно это заметил. ─ Встречаетесь втихую?

─ Только не болтай, ─ аж бледнеет. ─ Знаешь ведь, что я «нищеброд» и всё такое?

─ Своих не сдаём. Но ты уверен, что девчонка, которая боится показать тебя всем, правильный выбор? ─ это мне реально непонятно.

─ Будто сам не знаешь, как сложно от кого-то отказаться, ─ вздыхает, и мне нечем крыть – взгляд прикипает к Мими.

─ Аргумент.

Раздумываем о тяжести жизни, а движуха перед комиссией наконец-то заканчивается, и наступает момент истины. Девчата ждут вердикта, как приговора, пока эти слишком долго совещаются, но вот слово берёт какая-то тучная тётка, и после напряжённой тишины визг и радостные крики говорят, что соревнованиям быть.

Почему-то радуюсь за Мишаню, как за себя, впитывая её эмоции, только Лика портит всё, возникая перед глазами, как чёрт из табакерки.

─ Нас допустили до соревнований, слышал? ─ мешает мне пройти, ещё и руку кладёт на плечо, будто право имеет. ─ Может отпразднуем?

В другой раз я бы точно не отказался, поведясь на её намёки. В теле до сих пор неулёгшаяся жажда поколотить кого-нибудь, но мне не нужно больше такое лекарство.

Слишком горькое у него послевкусие.

Игнорирую её, скидывая конечность, больше напоминающую ведьмины скрюченные пальцы, особенно с этими ногтями, и иду прямиком к Мими, болтающей с остальными.

─ Ты опаздываешь вроде. ─ Каюсь, подслушал, когда они болтали с Самойловой. ─ Подвезти?

Мнётся секунду, но мы оба знаем ответ.

─ Если тебе не трудно.

─ Сочту за честь, принцесса.

И похер, как на нас все уставились.

Через пару мгновений это вообще не волнует, когда Миша снова обхватывает меня, прижавшись всем телом, а мы летим по трассе, обгоняя ветер, и кажется, её тепло греет меня даже сквозь одежду.

Правда, длится эта эйфория недолго, и мне физически плохо от того, что снова приходится её отпускать домой к придурку-отчиму. Почти подыхаю от потребности опять к ней прикоснуться – аж пальцы покалывает. А не рехнулся ли я, часом?

─ Спасибо, ─ благодарит, как можно быстрее стараясь уйти, но я не даю.

─ Ничего не забыла? ─ вытягиваю губы уточкой, и вот честно, впервые мне стыдно, что я дебил, только назад дороги нет.