Книга В плену стихий. Приручить тьму, страница 86 – Алёна Нова

— Что она опять с тобой делала?

— Рэйна…

Я взбесилась в ту же секунду. Здесь бы не помогла ванная, даже если бы я тёрла Шейда самой жёсткой губкой до кровавых мозолей – показалось даже, что эта вонь лишь усилилась, чем дольше я её вдыхала, принюхиваясь будто зверь.

С невероятной силой я оттолкнула Шейда от себя прямо к кровати. Он приземлился на неё, скорее, от неожиданности, но отчего-то даже не попытался мне сопротивляться или останавливать. А тьме только это и было нужно – чтобы ей не мешали.

Я оседлала его бёдра, крепко сжав их своими, а потом склонилась над ним, стиснув его шею пальцами и сообщила:

— Ты мой, ясно?

Рык, родившийся где-то в глубине его груди, задел все струны моих тела и души, пробудив что-то совсем первобытное, чего я не знала прежде, и мой поцелуй стал началом конца. Я укусила Шейда до крови, принявшись слизывать горячие капли, наполненные магией, с его мягких губ, а потом сознание помутилось, и теперь обезумела уже я, теряя рассудок.

Я поняла, что всё-таки проиграла тьме это сражение, а на меня с дикой жаждой смотрели такие же почерневшие глаза моего дракона.

Собой я больше не была.

Тьма словно вытолкнула меня из собственного тела, заставляя наблюдать, как мои же руки творят настоящее безумие, и я не могла это просто остановить.

Пальцы сдавили шею Шейда чуть сильнее, но он прикрыл глаза, как будто наслаждался этим, и вниз по его коже побежали чёрные молнии.

Мои губы принялись прослеживать каждую из них, и чем ниже я спускалась, тем быстрее на нас сгорала одежда. Пламя вспыхнуло внутри по-новому, распространяясь по венам – остро, неконтролируемо, а поэтому непредсказуемо.

Во мне будто текли реки огня, окрашенные тьмой, и с каждым моим касанием они перетекали в Шейда. Теперь там, где его кожа была украшена следами печати, расцветали, сверкая и искрясь, золотистые дорожки.

Когда он вновь распахнул веки, обжигая меня чернотой, я на мгновение будто стала им и заглянула в недавнее прошлое, видя его глазами.

Вот Майра вошла к нему.

Она была настроена решительно, а потому тут же принялась обнажаться. Ей было всё равно, если кто-то зайдёт – эта дрянь хотела моего мужчину слишком сильно, чтобы её волновали такие мелочи.

В реальности Шейд сжал мою руку, явно ощутив, что я всё это вижу, но я хотела знать, что будет дальше, поэтому продолжила мучать себя образами. Майра тем временем опустилась на колени, гладя мужские бёдра, и смотрела своими проклятыми глазами, в которых горело желание.

Шейд протянул руку к её подбородку.

На его пальцах выступили когти, раня нежную кожу, но ведьме по-прежнему было всё равно. Она хотела, чтобы дракон причин ей боль, и он сжал её горло, лишая её кислорода. Майра была в восторге. Смотрела на него с безумной жаждой, а Шейд стискивал тонкую шею всё сильнее, пока она не потеряла сознание, упав прямо там, а его не переместило ко мне…

Моё сердце сжалось от облегчения – я бы не смогла просто смотреть на то, как у меня в очередной раз отбирают Шейда. Вот только тьме было сложно объяснить, что всё обошлось. Она хотела наказания для дракона. Хотела, чтобы он раз и навсегда понял, как не стоит себя вести с другими.

Я не успела опомниться, как тёмные жгуты уже связали его руки, и он больше не мог трогать меня. Шейд злился от своей беспомощности, прикованный к кровати, но не мог освободиться – кажется, у него не было возможности сопротивляться моей тьме, и это её очень радовало.