Книга Бюро (не)добрых услуг. Ваши проблемы — наша работа, страница 4 – Евгения Грин

Увы, мой радужный настрой испарился едва я дошла до середины колонки объявлений.

Не могу представить себя, графиню, пусть и бывшую, в роли горничной. Только если совсем жизнь скрутит. В должности няньки мне и вовсе делать нечего. Образование позволяет, но педагогической жилки во мне нет. Да и не подпустит ни один нормальный родитель к своему чаду девушку в ошейнике.

Уныло болтая ложечкой в остывшем кофе, наблюдала за посетителями кафе. Несмотря на обеденный час таких было немного.

Взгляд мой равнодушно перебегал с одного лица на другое, пока не выхватил знакомое — до того приторное, что аж скулы сводит от сладости. Но многим нравится. Юной блондинке, которую обладатель сего лица сейчас обхаживал, так точно. Вон как млеет от одного взгляда изумрудных глаз.

Хорошо же Севиль её окрутил. Жаль будет девчонку. Пропадёт ни за что.

— Беата, — услышала я сладкозвучный голос эльфа, — неужели я не сплю? Ты будешь моей женой?

Нет. Не могу спокойно смотреть на это.

Поднялась с места, ухватила поднос с кофе и пирожным и поплыла навстречу парочке.

Блондинка, увлечённая своим кавалером, не обращала на меня внимания, зато Севиль, узрев мою широкую улыбку, побледнел, дёрнулся, явно желая сбежать сам и утянуть за собой Беату, но время играло против него.

— Какая встреча! — Я бесцеремонно плюхнула поднос на столик. — Скучал по мне, зайчик? — Протянула руку и дёрнула эльфа за заострённый конец уха.

— Ты что здесь делаешь? — прошипел Севиль.

— Кто эта девушка, Лорелей? — насторожилась Беата.

— Понятия не имею, милая. — Эльф резанул по мне взглядом и постарался увести Беату, но та словно приросла к месту.

— Грейс Флетчер, — представилась я. И зачем-то добавила: — Бывшая графиня Ровендрейн. Рада познакомиться.

Девушка кивнула, отвечая на моё приветствие и вновь сконцентрировала внимание на эльфе:

— Лорелей, объясни, что происходит? Ты её знаешь?

— Нет, любимая. Впервые вижу эту особу, — поспешил отречься от знакомства со мной Севиль.

— Но при этом узнал меня при встрече, — хмыкнула я. — Вспомни, Беата.

— Я помню, — медленно протянула девушка. — Лорелей? Ничего не хочешь мне сказать?

— Хорошо, милая. — Эльф трагически вздохнул. — Дело в том, что графиня Ровендрейн была влюблена в меня. Увы, безответно. Она преследовала меня, домогалась, не давала проходу.

— Это правда? — спросила Беата.

— Да. — Зевнула. Разочарованно поскребла пустое блюдце, собрала остатки крема. Прикинула стоимость пирожных и решила, что с меня на сегодня хватит.

— Мне жаль тебя, Грейс, но не стоит так унижаться, — проговорила Беата. — Пойми, Лорелей не любит тебя.

— При чём здесь я? Севиль говорит о моей тётке, графине Ровендрейн...

— Замолчи! — шикнул на меня эльф.

— Она была его женой, — завершила я фразу. — Быстро же ты снял траур, мой милый зайчонок, — протянула, передразнивая интонацию родственницы.

— Стерва! — не сдержался Севиль.

— Нет, ты это слышала? — спросила у примолкшей Беаты. — Я его из петли вытащила, а он вместо спасибо меня оскорбляет.

— Я не травил графиню!

— Конечно, — согласилась я. — У тебя не было мотива избавляться от моей тёти. В отличие от её сына, на которого она составила завещание. Только в жандармерии об этом почему-то забыли. Хорошо, что я им напомнила, правда, зайчик?