Книга Бюро (не)добрых услуг. Ваши проблемы — наша работа, страница 142 – Евгения Грин

Но, к сожалению, для принца в этой гладенькой, замечательной схеме существовало одно невыносимое, черноглазое но. И только ему и никому другому мне хотелось мотать нервы, создавать проблемы и принадлежать всю свою жизнь.

Со злости отвесила пинка чемодану, отбила ногу и, прихрамывая, поковыляла к креслу.

Говорят, рукоделие успокаивает. Им и займусь.

Когда я бралась за вязание, я подозревала, что занятие это скучное, но не предполагала, насколько оно окажется трудным. Спицы не слушались, петли так и норовили сбежать, ещё и пальцы начали болеть почти сразу.

— Ты петлю пропустила, — подошла ко мне мама.

— И так сойдёт, — буркнула я, продолжая вязать дальше.

— Нет, Грейс, не сойдёт, — остановила меня мама. — Давай помогу.

Мама забрала у меня вязание, распустила до нужного участка и ловко подцепила петельку. Потом посмотрела на результат моих усилий и с тяжёлым вздохом покачала головой.

— За что, Грейс?

Хлопнула ресницами. Не понимаю.

— Что сделал тебе тот несчастный человек, которому ты собралась дарить этот кошмар? Здесь же сплошные дырки.

— Это не дырки. — Отобрала у мамы своё вязание. — Это кружево. Штучная и уникальная вещь. И вообще, это подарок, а за дарёную лошадь полагается спасибо говорить, а не разглядывать хвост и гриву.

— И всё же, возможно стоило купить подарок в магазине? — осторожно предложила мама. — Или заказать у мастериц?

Упрямо мотнула головой.

Согласна, получается у меня ужасно, и я сама не знаю, зачем так упорно продолжаю вязать подарок для Осборна. Но я ведь обещала ему когда-то свитер. Или носки.

Звяканье почтовой шкатулки сбило меня со счёта, рука дрогнула, и спицы упали на пол.

— Иди, Грейс. Я соберу петли, — пожалела меня мама, глядя на моё несчастное лицо.

— Спасибо.

Была уверена, что в шкатулке меня поджидает очередное послание от Роузи, но я ошиблась.

— Что там? — поинтересовалась мама.

— Записка от Панса.

— От того противного человека, который забрал у тебя мой перстень?

— Да, мам.

— И что ему надо?

— Меня вызывают в мэрию. У Панса есть заказ.

— Каков наглец! — вскрикнула мама. — Как он смеет писать тебе? Надеюсь, ты не собираешься идти к нему?

— Конечно собираюсь, мам. Мне жутко интересно, чего он хочет.

— В таком случае переоденься, — решила мама. — Ты должна выглядеть соответственно своему статусу.

— Зачем? — Сделала вид, будто не поняла.

— Но ты ведь идёшь в мэрию.

— Я иду к взяточнику и шантажисту, а значит почти к родному по духу человеку. Не волнуйся, мам, всё будет прекрасно.

До здания мэрии я добралась быстро, благо экипаж мне удалось поймать буквально на выходе из дома. Мимо секретаря я тоже проскользнула легко. Его просто не оказалось на месте. Зато внушительная очередь у кабинета Панса грозила задержкой. Не собираясь стоять под дверью, я, игнорируя возмущённые возгласы, зашла в кабинет, предварительно повернув родовой перстень печатью вовнутрь.

— Госпожа Флетчел, — попытался выставить меня Панс, — я вызову вас.

— Вы уже меня вызвали. — Выделила голосом слово «уже». — Я пришла, господин Панс. Моё время ограничено, я тороплюсь. Поэтому предлагаю перейти к делу прямо сейчас. Либо мы прощаемся с вами, и я ухожу.

Моя наглость выбила мэра из равновесия. Для бедной сиротки, которой я представилась ему при нашей первой встрече, сейчас я вела себя более чем странно.