Книга Бюро (не)добрых услуг. Ваши проблемы — наша работа, страница 108 – Евгения Грин

— Да, Грейс, был. — Брат повысил голос. — Он был, а потом его не стало. Ловчие никогда не умирают своей смертью, они все погибают во Мраке. Или сами нарываются на кого-то сильнее их, или тьма решает, что её слуга перестал справляться и пора его заменить.

Внутри меня что-то застыло. Заледенело. Перестало биться.

— Нет. — Губы едва шевелились.

— Ловчие редко доживают до сорока. Де Линдеру за пятьдесят, но он скорее исключение из правила...

— Замолчи! — крикнула, зажимая уши и сгибаясь пополам. — Заткнись, Клайв! Это неправда. Нет!

— Всё-таки влюбилась, — выдохнул брат.

«Эмилия. Сильная и талантливая. Но в ловчих долго не продержится», — вспомнила слова Эдварда.

Теперь, когда я знала истинный смысл этих слов, от них повеяло обречённостью.

— Грейс? — Брат легко тронул меня за плечо.

Сколько Эдварду лет? Тридцать? Чуть больше?

Сколько ему осталось?

— Неправда. — Мотнула головой. — Должен быть какой-то выход.

— Грейс, я...

— Я велела тебе заткнуться, Клайв, — прошипела, не глядя на брата.

— Да. Прости, сестрёнка.

Я промолчала, но обнять себя позволила. Сидела, глядя в одну точку.

Неправда. Эдвард сильный. Очень. Ему ничего не грозит.

Клайв тоже молчал. Но долго находиться в тишине он не мог.

— Что ты станешь делать, когда срок вашего договора истечёт? — спросил он.

— Выйду за Осборна замуж. Это же очевидно. И да, ты первый в числе приглашённых. — Стукнула брата кулачком в плечо. — Куда теперь?

— Заскочу к Роузи, и к ночи мне надо успеть вернуться в пустошь. Уверена, что хочешь остаться?

— Да.

Люблю ли я Осборна?

Всю ночь честно думала над этим вопросом и к утру пришла к выводу — нет.

Мне просто жаль его чисто по-человечески. И Дин. Что должна чувствовать она?

Сначала отец, потом брат...

Часы без сна не прошли даром. Невыспавшаяся, злая, я вторым призраком бродила по дому. Сцепилась с Севилем, отчитала Маркуса и сбежала, пока и Огоньку от меня не перепало.

Выскочила на улицу, погружённая в свои мысли, ничего толком не видя перед собой почти угодила в лужу. И откуда она здесь взялась? Большая, размером с озеро. Дождя вроде не было.

Зайдя в ближайшее кафе, расположилась за маленьким столиком у окна и сделала заказ.

Ранним утром я оказалась единственной посетительницей, умудрившись заявиться едва ли не в первую минуту после открытия и сейчас имела возможность насладиться уютной тишиной, изредка нарушаемой позвякиванием фарфора.

— Ваш заказ, — улыбнулась мне худенькая, симпатичная блондинка.

— Благодарю.

Наклонилась над миниатюрной чашечкой с напитком, источающим аромат ванили и шоколада, сдула с поверхности золотистую пенку, разрушая рисунок в виде пары сердечек — так-то лучше! — и только после этого сделала глоток, затем отломила щедрый кусочек пирожного, украшенного малиной и сахарными жемчужинами, и отправила в рот.

По-моему, я молодец.

Давно ли я пересчитывала медяки, не в состоянии позволить себе лишнего?

А теперь?

Теперь я могу купить хоть десять штук таких пирожных, и мой кошелёк этого даже не заметит.

Кстати, пожалуй, так и сделаю. Наберу сладостей и отправлюсь мириться Севилем. Жаль подкупить таким образом Маркуса не выйдет.

Зевнула.

Сегодня такой важный день, а я сама себе напоминаю сонную муху.

Уже к шести вечера начнут собираться участники эксперимента, о котором говорил Эдвард.