Книга Чайный бунт, страница 106 – Кейси Блэр

— Знаю. Но я могу сделать так, чтобы их провалы нельзя было не заметить.

Я сделаю так, чтобы и меня нельзя было не заметить. Заставлю себя не забиваться в угол, а занимать пространство, особенно если инстинкты говорят мне обратное, ведь их сформировала необходимость выжить во дворце. Я должна была прятаться, потому что там для меня настоящей не было места.

Но я должна найти свое место здесь, иначе его просто для меня не останется.

Дэниел вздыхает:

— Даже если это ненадолго что-то и усложнит, все равно я вам благодарен. Для гелланцев небезопасно говорить о подобном во всеуслышание. Если нас посчитают самовлюбленными, мы разрушим то, чего добились с таким трудом. Из-за этого защищать свои интересы гораздо сложнее. Конечно, у нас есть друзья не из гелланцев, но они всегда боялись открыто высказываться из-за возможных последствий.

— Мне же это может сойти с рук, ведь я исталка, и никто от меня здесь не зависит. – Отец Ристери сидит в совете, Талмери пробилась в высшее общество, а без Лорвин она не справится. – А еще у меня есть телохранитель, – добавляю я.

Дэниел не смеется:

— Надеюсь, до него дело не дойдет.

Его слова возвращают меня к реальности.

— У вас есть какие-то советы для следующего заседания?

— Кажется, вам не нужны мои подсказки, – отвечает Дэниел, и на его лице мелькает грустная улыбка.

— Я имела в виду советы по тому, как не усложнять вашу жизнь, – говорю я. – Полагаю, привлечь внимание к гелланцам было не лучшим решением. Я постаралась сгладить ситуацию, когда заговорила о репутационных рисках, как бы низко это ни было, хотя, наверное, этим же все и испортила.

— Особенно тем, что «старые добрые исконно истальские заведения тоже страдают», и вопросом о том, какие группы населения действительно волнуют совет, – кивает Дэниел. – Возможно, стоит обратиться к более широкому кругу людей, чтобы они видели в вас того, к кому можно прислушаться.

Не уверена, что именно так меня должны видеть. Мне повезло, ведь в этом вопросе я могу исходить из своих принципов, а не из личной выгоды, но значит ли это, что она не может быть аргументом… или может?

— Я и не знал, что вы так хорошо разбираетесь в законах, – произносит Дэниел в пустоту.

Я хмурюсь:

— А чем, по вашему мнению, занимаются принцессы перед церемонией посвящения?

— Прощу прощения, я не то чтобы считаю вас легкомысленной. Я понимаю, что вы наверняка изучали историю, но вы цитировали конкретные законы и помните, в каких книгах они разбираются. И это без какой-либо подготовки…

Вот оно что.

— Принцесса должна уметь поддержать разговор на любую тему, чтобы ее нельзя было поставить в тупик, – поясняю я. – Мы тренируем память. Это один из немногих элементов моего обучения, который дался мне легко.

Если так подумать, Саяна в том числе поэтому хотела, чтобы я помогала ей с государственным управлением. А теперь у меня появилась возможность помочь Дэниелу.

Я почти ахаю, но тут же понимаю, что не стоит выдавать своего восторга. Не нужно, чтобы он просил моей помощи лишь потому, что я этого хочу. Пусть просит, только если я действительно могу быть полезна.

— Дайте знать, если вам понадобятся аргументы к тезисам, которые гелланцы собираются поднять на заседании, – как ни в чем не бывало говорю я.

— Хорошая мысль, – отвечает Дэниел. – Так мы дополним свою линию и сможем предоставить интересующимся больше информации. Разумеется, мы ссылаемся на законы, но вы наверняка куда лучше знаете, что стоит почитать. – Он колеблется. – А можете порекомендовать что-нибудь по истории закона о торговле?