Книга Медведь по завещанию, страница 75 – Екатерина Полянская

Осознать, что именно он сказал, не успела.

Горячие губы поймали мои, и это был не тот поцелуй, о котором можно размышлять, понравился он или нет. Это было нечто другое. Единение. Огонь. Безумный вихрь, в котором слились все чувства разом.

Никлас целовал жарко и настойчиво, присваивая, заявляя свои права, прикусывал губы, ловил стоны, толкался языком в рот. Оставлял на шее отметины обжигающих поцелуев. Его ладони требовательно скользили по ткани платья… и уже без ткани, заставляя нежную кожу гореть.

Когда на мгновение муж оторвался от меня, я с изумлением обнаружила нас на середине лестницы. Полураздета была не только я. Его губы тоже были зацелованы, а на плече краснела отметина от моих ногтей.

Реальность слегка подрагивала и в то же время воспринималась отчетливо как никогда. И вместо того чтобы использовать шанс и остановиться, я нарочито медленно погладила мускулистую грудь, обвила шею мужчины руками и прижалась к его губам в откровенном поцелуе.

Будто решив для себя что-то, Ник подхватил меня на руки и отнес в спальню.

Где наш брак наконец стал настоящим…

Мой палец медленно вырисовывал незримые узоры на широкой груди, а по губам мужа блуждала довольная улыбка.

— Почему я все это вижу? Десятки одаренных каждый день ходили мимо дома Варнота, а истинную суть статуй узрела я…

И еще какой-то маг из столицы. Но как же все остальные?

— С твоим даром что-то случилось, но ты была рождена магом. И раз уж магия в тебе развиться не могла, развилось умение видеть ее. Я думаю, оно может еще усилиться, если ты потренируешься.

То есть… еще больше? Да куда больше-то?!

— Зачем?

— Ну… вдруг тебе хочется. – Ник запоздало сообразил, что этой игрой можно наслаждаться вдвоем, и его пальцы отправились в путешествие по моей спине. – Ты могла бы стать магом-теоретиком. И не только, на самом деле. Видение такой силы тоже довольно большая редкость.

Значит, я все еще на что-то гожусь?

Вариантов будущего существенно прибавилось, а ведь недавно я выбирала всего из двух: открыть пекарню или книжный магазин.

— А ты?

— М-м?

— Сегодня ты был как будто в своей стихии.

Лежать вот так, касаться друг друга и иметь возможность сказать что угодно, без границ и рамок, было волшебно.

В глазах Никласа вспыхнуло какое-то выражение, но оно не имело ничего общего с болью или раздражением.

— Возможно, я зря уехал из столицы. Но тогда меня до красной пелены перед глазами уязвляло, что я больше не могу делать то, что всю жизнь считал частью себя.

— Гордыня? – Я приподняла брови, а сама запустила пальцы в волосы у него на затылке.

— Она самая, – согласился маг.

— В пансионе нас учили, что от нее одни беды.

— А магам этого никто не сказал. Не видели необходимости. – Он едва заметно поморщился, впрочем, почти все его внимание и эмоции принадлежали моему телу, с которого так удачно сползло одеяло. – В этом-то и проблема.

Под его взглядом стало жарко, но я не сделала ни одного движения, чтобы прикрыться.

— Ты мог бы попытаться вернуть себе прежнюю жизнь, – заметила я и облизала губы.

Правда жарко.

— Возможно. Надо все спокойно обдумать.

Он тоже мог бы стать теоретиком. Или преподавать. Тренировать молодых магов или курировать выездные практики.

— Я бы хотел показать тебе столицу, – пробормотал муж, а его рука погладила мое плечо, а потом сместилась на грудь. Ох… – Знаешь, даже жаль, что мы не познакомились во время светского сезона. Или что ты не попала в число девушек, которых мне пыталась подсунуть мать.