Книга Медведь по завещанию, страница 123 – Екатерина Полянская

Тьмушка таскала мне успокоительное. Пузырек был больше нее самой раза в два, но она каким-то образом умудрялась переливать зелье в колпачок и в нем доставляла мне. Уже третий.

Рыдать менее горько я не стала.

Из принципа. У меня тут жизнь рушится, что мне какое-то успокоительное!

Фамильяра оглядела безобразие, тихонько вздохнула, взлетела на плечо и обняла крыльями. Наверное, ей было приятно, что я лью слезы из-за нее, потому что меня до сих пор не покусали. Ни разочка, даже любя.

Нет, ну как так?! Чего они все пристали?

Обида требовала думать, что дело не в правилах и вообще весь мир против меня. Но какая-то здравая часть разума понимала, что истинная причина происходящего в Мимми. Тьмушка ведь не только опасное создание, но еще редкое и ценное. И пусть правил на случай оставшейся без своей ведьмы тьмушки не существовало, потому как наш случай оказался едва ли не единичным, у меня постараются ее забрать. Наверняка в столице не один желающий наложить на нее лапы. Может, даже в самом Переуме.

Точно отберут!

— Не-а, – постаралась утешить меня спорная живность.

— От магов тебя вряд ли получится спрятать. – Я заранее готовилась к худшему.

Щеку все-таки куснули. Слегка.

— Не надо прятать, – почти нормально, разве что отдельные звуки выговаривая с трудом, сообщила тьмушка. – Я им всем покажу!

Конечно, это не настоящая речь, скорее магия, порожденная нашей с фамильярой особой связью, вполне окрепшей. Мимми слышала не только я, но и Никлас, и частенько кто-нибудь из наших знакомых.

— Чтобы тебя сочли опасной и приказали уничтожить?! – перепугалась еще сильнее.

К моменту возвращения Ника меня окружили все имеющиеся в хозяйстве фамильяры. Они будто чувствовали, что мне плохо, и стремились поддержать. Кто-то согласно сопел, кто-то прикидывался грелкой, щенки скулили в тон моему настроению.

Лицо мужа, заставшего эту картину, изумленно вытянулось.

— Что у нас происходит? Бьянка?

— Мимми забирают.

Хлюп.

— Мрак. – Меня крепко обняли. – С матерью связывалась?

— Нет…

— Если это ее уловка, чтобы заставить меня помириться, я не знаю, что сделаю. Она зашла слишком далеко.

Он сам связался с леди Олли. И меня совершенно не смущало предстать перед ней зареванной и опухшей. Не до красоты сейчас! Хотя когда-нибудь потом мне, конечно, станет стыдно.

Свекровь оказалась ни при чем. Никлас допрашивал ее с таким напором, что я даже разок одернула его, хотя всегда была всецело на стороне мужа. Леди Олли еще во время нашего пребывания в столице ясно дала всем понять, что тот, кто посмеет посягнуть на моего фамильяра, сделается ее личным врагом. Вроде бы все приняли к сведению. И нате вам…

Потом вместе решали, как быть. Леди Олли попыталась что-то выяснить, но не смогла. Видимо, еще не было решено, кому достанется тьмушка, однако оставлять ее у меня надолго не хотели во избежание привязанностей. Как бы намекнуть им, что уже поздно? Идеи самой фамильяры казались пугающе опасными. Она то собиралась показать этим магам, кто тут опасное создание из истинной тьмы, то хотела, чтобы ее попытались уничтожить. Тогда можно будет притвориться, что у них получилось, и спокойно остаться моей, пусть и незарегистрированной фамильярой. Ник, к слову, безумие почти одобрил. Мне самой было немного совестно за то, что в глубине души план и мне нравился. Особенно если бы заранее знать, что он сработает.