Книга Целого мира мало, страница 27 – Екатерина Полянская

— Я знал, что тебе понравится. — Крейр неслышно подошел сзади и обнял жену за плечи.

— Шутишь?! Я в восторге!

Лизка вынырнула из рук колдуна и закружилась.

Долгие месяцы ей строго-настрого запрещалось даже на берег океана ступать, не то что нырять в серую бездну. То есть без Крейра запрещалось, а разве его из дома вытащишь? Все в делах да заботах. Вот царевне и приходилось обрастать хвостом только в любимой купальне. Соскучилась — жуть!

А тут простор, глубина и целый неизведанный мир там, внизу. Правда, мало кто верит в его существование, но Лизка-то точно знает. Ундина она или кто?

— Это еще не все, — вклинился в безудержное веселье царевны темный. — Вот, возьми.

На раскрытой ладони льдинкой блеснуло кольцо, найденное некогда Лизаветой в ледяных глубинах. Девушка замерла и неверяще воззрилась на супруга.

— Ты отдаешь его мне?

Тот согласно склонил темноволосую голову.

— Я тщательнейшим образом все проверил — нет в этом кольце ничего опасного. Так, красивая побрякушка. Можешь забирать и владеть.

Новоявленная правительница колдунов протянула мужу ладошку с растопыренными пальчиками, предлагая ему самому надеть кольцо. А все-таки замужем хорошо! И Крейр разом таким покладистым стал… То все нельзя да нельзя по поводу и без, а тут и к океану отвез, и колечко отдал, и сам рядом, ни на шаг не отходит. Чего еще не хватает для счастья?

Кожи коснулся прохладный ободок. И сердце пропустило удар! Померещилось?

Лиза затаила дыхание, вслушиваясь в себя, но ничего подозрительного так и не обнаружила. А тут еще и суженый отвлек:

— Так и знал, что путь к сердцу девушки через побрякушки лежит.

Ехидина! Но такая любимая… Лизавета вздохнула мечтательно и приклонила голову к широкому плечу.

— Два дня?

— Ни больше ни меньше, — согласился колдун.

Ледяной кристаллик в кольце загадочно блеснул.

— Тогда надо было палатку захватить, что ли…

Хоть Лизка в мир, где выросла, только единственный раз за минувшее время перенеслась, да и то нагоняй получила, земные вещи давно стали в Угодьях обыденными. Особенно кофе, одинаковую нежность к которому питали оба темных супруга.

Так почему бы колдуну не послать кого-нибудь из своих питомцев за палаткой? Климат в Угодьях неласковый, и спать на холодном берегу Лизавете совсем не улыбалось.

— Она не понадобится, — качнул головой Крейр. — Здесь недалеко домик есть, в нем и заночуем.

— Вместе с проклятием в наследство достался? — умиленно сверкнула глазами ундина.

Темные! Лизка по сей день удивлялась, как это ей удается относительно спокойно воспринимать эдакое соседство. И это не говоря о семейных связях! И сердечных… Вот что с воспитанными в иномирье девушками черноглазые колдуны делают! Любая из местных давно бы бежала без оглядки.

— Только от другого родственника.

А царевна и не сомневалась! Пообвыклась уже, даже удивляться с некоторых пор перестала.

— Лично я — плавать, — проинформировала округлившего глаза супруга и, на ходу избавляясь от длинной туники, потопала к воде.

Крейр русалом не был, посему единственное, что он мог сделать, — это наблюдать за неприлично счастливой супругой, прикидывая в уме, как именно он поможет согреться ундине, когда выудит ее из глубин.

Плавно повел ладонями, шепнул пару слов и скептично оглядел явившуюся на зов темную сущность.