Книга Ты меня погубишь, страница 56 – Екатерина Полянская

Взгляд едва успел охватить багровую едва не до локтя руку девушки и остановиться на том, что осталось от рукава. Келвин повел пальцами над пострадавшим местом – и его окутала темная дымка.

Нена рвано выдохнула.

Кажется, это способ магического обезболивания.

— Ракель, убери осколки, – велел Келвин. – Малек, рассказывай.

Тиса осторожно обняла дочь.

Дворецкий с опаской выступил вперед.

— Она открыла воду, но вместо воды полился огонь…

— Вот только что заваривала чай, была вода – а тут вдруг огонь! – вклинилась мать девушки.

Отработанным движением выставив щиты, Келвин повернул кран… чудом успел увернуться от вырвавшегося оттуда пламени, выругался и поспешил закрыть кран обратно. Растерянно обозрел присутствующих. Впрочем, быстро определился со следующими действиями:

— Тиса, доставай лекарства. Холлия, сходи в рабочую часть дома, там есть бинты.

Остальным тоже поручения нашлись, но я уже не слушала. Кто знает, сколько продержится обезболивание тьмой? Лучше поторопиться. Лишь перед до недавнего времени запретной для меня дверью замедлила шаг. В основном чтобы не шуметь и… я не знаю. Бэлиан явно не хотел, чтобы я видела его таким. И я сама не хотела. Но сейчас это не о нас.

Тихонько открыв дверь, я ступила в уже знакомый полумрак.

На цыпочках прошла вглубь зала.

Один косой взгляд фениксу все же достался, но вроде бы тот спал, окутанный фиолетовой дымкой силы. Она не позволяла увидеть, изменилось ли состояние Бэла, лишь его спокойное лицо.

Наверное, он считает меня глупой неженкой, которая чуть что валится без чувств…

От этого было досадно.

Ладно. Будет еще время все прояснить. Я вот пока даже не знаю, кем его считать.

Взяла со стола бинты и поспешила вернуться в более привычную для себя часть дома.

Там все еще царило оживление. Осколки убрали, но потом, как я поняла из причитаний, вода в одной из ваз превратилась в пламя. Келвин успел выставить щит, благодаря которому никто не пострадал, но все были напуганы и не понимали, что делать.

— Постарайтесь прямо сейчас избегать любых контактов с водой, – пытался управлять всеобщей паникой темный кузен. – Я закончу с Неной, потом разберусь, что у нас тут творится.

Ответом ему был взволнованный гул голосов.

Я отсутствовала совсем недолго, но этого времени Келвину как раз хватило, чтобы обработать обожженную руку девушки. Она вздрагивала порой под осторожными прикосновениями, но слезы давно высохли, и лицо больше не пугало бледностью. Похоже, чары все еще действуют и ей не больно. Когда я разложила бинты на столе, Келвин как раз начал наносить вязкую мазь с ароматом мороза и ежевики.

— Не переживай, следов не останется. Через неделю сможешь забыть о случившемся.

Нена грустно улыбнулась.

А темный перевел внимание на меня:

— Бинтовать умеешь?

— Разумеется.

Я умею вести счета и управлять внутренними делами дома. Второе лишь в теории, но, если потребуется, справлюсь. Конечно, меня обучали и оказанию первой помощи! Даже без магии. В основном без магии, потому что в среде, в которой я выросла, магией не особенно пользовались.

— Приступай, – скомандовал Келвин.

Ехидное фырканье осталось внутри. Ради Нены я не стала пререкаться с этим неугомонным прямо сейчас.

Но его кривую повязку я помню.

Сам-то он без магии не привык справляться.