Книга Ты меня погубишь, страница 41 – Екатерина Полянская

Совершенно невозможно обдумать происшедшее без понимания, чем именно оно было.

Почувствовав, что начинаю скатываться в истерику, я сорвала с себя остатки одежды и встала под струи хорошо теплой воды.

Чуть не упала. Все же с устойчивостью пока были проблемы.

Ударилась ногой.

Застонала от боли где-то под волосами.

Отмывать засохшую кровь и ощупывать голову в попытках оценить серьезность повреждений оказалось, мягко говоря, неприятно. Зато ощущения отвлекали от лишних мыслей и давали возможность хотя бы перед собой притвориться, что плачу от боли, а не по какой-то еще причине.

Вроде бы птица только кожу пробила.

Я почти цела.

Только перепугалась и чувствую себя как никогда одинокой…

Закончив в ванной, я спустилась на кухню и намазалась той же мазью, которой пользовался сегодня Келвин. Утром его кривая повязка и кое как наляпанная под ней мазь показались мне раздражающим мальчишеством, но сейчас я, кажется, сама от него недалеко ушла.

И все же это лучше, чем там, со жрецами…

Наверное.

Хотелось спрятаться от мира, даже библиотека сейчас не манила уютом, так что я поднялась в спальню… чтобы обнаружить пушистика на пуфе у туалетного столика. Маленький черный зверек не был мне ни питомцем, ни другом, и все же я подхватила его и прижала к себе.

Тепло живого существа не то чтобы успокаивало, но все же я сейчас в нем нуждалась.

— Знал бы ты, как я устала, – прошептала чуть слышно.

Зверек шевельнулся в моих руках. Он явно не понимал, почему его стиснули, еще и поливают слезами, но кусаться отчего-то не спешил…

Три часа сна помогли мне почувствовать себя лучше. Пушистый утешитель все еще ошивался рядом. Подумала бы, будто выпрашивает угощение, но он до сих пор не проявлял ни малейшего интереса к человеческой еде.

Вероятнее всего, он питается эмоциями.

Или как-то магически.

От его присутствия дурных последствий я не видела, вот и решила позволить всему идти своим чередом. Хочет остаться – пусть остается. А объявится феникс, спрошу у него, что у нас за зверь завелся. После того как получу ответы на все более важные вопросы.

Как раз надела милое домашнее платье и уложила волосы так, чтобы скрыть видимые последствия встречи с птицей, когда в дверь позвонили.

Звук разнесся по дому… и потом еще несколько раз, эхом отражаясь от стен. Наверное, когда-то здесь держали целую армию слуг. И чары, должно быть, можно настроить так, чтобы они не тревожили хозяев. Но у меня слуг не было, поэтому я коротко глянула в зеркало, убедилась, что ничто кроме едва заметной бледности не выдает недавних событий, и пошла открывать.

Держаться на ногах теперь получалось куда увереннее.

Пушистик куда-то запропал. Если не ошибаюсь, в последний раз я видела его, когда он забирался под покрывало на кровати. Ладно, пусть. Нечисти тоже не повредит подремать. Особенно после того, как эта нечисть некоторое время ответственно беспокоилась обо мне.

Ай…

Первым делом маленькие, но очень цепкие пальчики вцепились в волосы, а уже потом Камилла широко улыбнулась, обняла и расцеловала меня в обе щеки.

— Как ты тут? Не страшно одной?

И своего младшего сына от меня оторвала.

Я впустила гостей в дом и, не утерпев, сразу спросила:

— Кто такой Келвин Веллиштон? Его не стоит опасаться?

Мальчики с боевым кличем ворвались в холл.