Книга Ты меня погубишь, страница 113 – Екатерина Полянская

В качестве извинений даже поцеловала его в уголок рта. И притворилась, что не заметила, когда он объятиями заставил меня задержаться в этом поцелуе чуть дольше.

Время подбиралось к четырем утра. За окнами царила темень, свойственная осенней ночи.

Раздевались в молчании… лишь изредка бросали друг на друга быстрые взгляды, когда думали, что другой не смотрит.

Столкновение было неизбежно.

И когда оно произошло, мы не стали притворяться, будто ничего не происходит.

Я как раз переоделась в очаровательную сорочку лимонного цвета, и по открытым участкам кожи потек жар от пристального внимания мужа.

Его взгляд потемнел, хотя я не уверена, можно ли сказать так про тьму.

Обжигающие и покалывающие ощущения скоро пробрались и под ткань тоже.

Чувствуя, как пунцовеют щеки, я скользнула под одеяло.

— Ты будешь возражать, если я сниму это с тебя? – прямолинейно спросил Бэл и обвел пальцем контур кружева у меня на плече.

— Нет. – Кто мог подумать, что вот так будет звучать мое согласие?

— Отлично.

Его хриплый голос царапал что-то внутри, заставлял дрожать.

Бэл тоже забрался под одеяло и притянул меня к себе. Его пальцы перебрали шелк и кружево, избавляясь от лишней ткани между нами. Губы поймали мои и увлекли в дымку возбуждения. Крепкий поцелуй украл весь воздух, но взамен Бэл отдал мне свое дыхание.

Короткий перерыв.

Я думала, он нужен для того, чтобы отдышаться и осознать, но…

— Во избежание дохлых мышей и назойливых… всех прочих, – пояснил Бэл, закрывая дверь щитами.

Оригинально.

Немного безумно.

Но дерзкий блеск в глазах мужа заставлял мое сердце биться чаще.

В новом поцелуе сладость мешалась с настойчивостью и едва сдерживаемым напряжением. Сладкая дымка желания затягивала. Поцелуи сместились на шею, а после рассыпались по всему телу. Они, словно крошечные искры, зажигали огонь, посылая волны предвкушения, проходящие через меня.

Боли в этот раз я не ожидала, но не ожидала и что это будет так… хорошо.

Окружающий мир размылся настолько, что почти перестал существовать.

Медленные… а потом все более сильные движения давали ощущение наполненности и цельности.

Правильности.

Пока напряжение не взорвало нас дрожью.

Когда она схлынула, Бэл прижал меня к себе. Мы оба часто дышали. Пульс все еще стучал в висках. О шею потерлись горячие губы, и я не сдержала стон-всхлип. Тело реагировало на ласки, а значит, это еще не конец…

После Ночи Костров и всего, что мы делали позже, нам бы проснуться глубоко за полдень. И так бы и было, если бы не орущий под дверью кот.

М-м-м-м.

Уверена, его покормили. Может, даже не один раз.

Орал паршивец из любви к искусству и ненависти к закрытым дверям.

Бэл проворчал что-то недовольное и попытался спрятать нас от проблемы в норе из одеял.

— Это твой кот, – припомнила я. – Тебе и справляться с ним.

Справедливое замечание. Бэл приподнялся на локте и едва заметным движением снял щит. Второе движение заставило дверь открыться.

Четвероногий паршивец некоторое время с задумчивым видом сидел у порога, решая, хочет ли на самом деле войти.

Лениво, будто делает миру величайшее одолжение, перешагнул порог.

Мяукнул, чтобы людишки не посмели уснуть.

Наказание, а не кот. Лучше бы мини-дракона подождали, честное слово!

— Утро все равно доброе, – прошептал Бэл, целуя меня в висок.