Книга Одолень-трава, отведи беду, страница 51 – Елена Алексеевна Кузнецова

Лане, у которой пока с подругами не сложилось, не хотелось прибиваться к девичьим стайкам, и она выбрала спуск к реке покруче, зато побезлюдней. Спустилась к воде, поставила на берегу кувшинчик с киселём, развязала узелок с хлебом и зашептала слова, которым научила Вета:

— Добрая и светлая Мокошь, избави от маеты, надсады, от других отведи, мое житие-бытие освети!

И задумчиво замерла, слушая шум воды. Вдруг застучали камни под чьими-то ногами. Лана повернулась на звук и увидела, как из тумана выступает князь Гордей. Она вначале глазам своим не поверила, решила, что чудится ей тот, о ком столько думала вечерами.

— Здравствуй, Лана!

Только голос князя да скрип камней под сафьяновыми сапогами заставил Лану поверить в его реальность.

— И вам утро доброе, князь-батюшка!

Гордей поморщился:

— Какой я тебе батюшка, Лана. Пока по имени звать не можешь, так хоть просто называй – князь Гордей.

— Как вы здесь оказались, князь Гордей? Случилось что?

— Увидеть тебя хотел. Соскучился. Уже семь дней я тебя даже краем глаза не видел, голос твой нежный не слышал, что о приходе-расходе толкует. А ты небось обо мне и не вспоминала.

— Вспоминала, – прозвучало тихо, но было услышано. – За рану вашу волновалась, что из-за меня получили. Отвлекла я вас.

— Сам виноват. В бою отвлекаться нельзя. А я, как тебя увидел, обо всём забыл, – князь подошёл к Лане ближе. – А царапина ерунда. Уже зажило всё.

Они замерли, засмотревшись друг на друга. Прохладный туман окутывал всё кругом. Тихо плескалась вода. Вдали слышались звонкие девичьи голоса.

Лане показалось, что князь сейчас поцелует её. Но вверху на тропинке послышались шаги, заскользили, застучав, камешки. Кто-то спускался к реке. Князь отступил назад, в прибрежные заросли ив.

— Ой, тут уже кто-то есть, – сказала темноволосая девушка, показавшаяся на тропе. – Не уходи. Я сейчас поблагодарю Мокошь и пойдём вместе в хороводы. А то мы недавно в Хольмграде. Я никого здесь не знаю.

Лана кивнула и отошла от берега, освобождая ей место.

* * *

Воевода и казначей склонились поближе друг к другу, напоминая заговорщиков.

— Так что? Когда второй раз князь попробует сразить нашу Ланушку своей удалью? В прошлый раз как-то не слишком получилось. Что тянем? Время-то идёт.

— На третьи Осенины маг обещал, что всё приготовит. Он специально к этому дню чудище растит. Большое, страшное, на расстоянии вылитый Змий, но безопасное. Князю мы об этом не скажем. Пусть сюрпризом станет. Ему тренироваться не помешает. Пусть сражается по-настоящему.

— Хорошо. Тогда я в этот день Лану в Казначейство вызову, и князю о том скажу. Уверен, он обязательно прибежит на красну девицу глянуть.

— Прибежит, – согласился воевода. – Он уж несколько раз, гридни говорят, девицу твою в городе караулил, чтобы только издали на неё поглядеть. Так что и тут шанс не упустит.

— Да, в этот день как раз девки, что замуж хотят, обряд один проводят, чтобы точно под венец пойти. Надо будет его для надёжности провести.

— А твоя Лана захочет?

— Кто ж её знает. Мы не будем на неё надеяться. Ведуна попросим, чтобы он сам его провёл.

Лана торопилась за Нежданом, удивляясь, зачем она понадобилась в такой день главному казначею.

— Говорят, князю какие-то бумаги потребовались, – пояснил мальчишка.