Книга Одолень-трава, отведи беду, страница 41 – Елена Алексеевна Кузнецова

Воздух казался густым, как чай, от запахов, что напитали его. Остывающая от жара дня земля, набравшие силу цветы и травы, ягоды, что иногда давил своими копытами Верный, все эти летние ароматы, настоянные жарким июлем, хотелось пить мелкими глотками, а не просто дышать. Особая летняя нега и покой царили вокруг. «Почему я раньше не догадался вот так поехать куда-нибудь с Ветой?» – удивился себе Пётр.

Заблудиться Пётр не боялся. Ехали они вдоль речушки, что впадала, как он знал, в Бел-озеро. Уж что, что, а места вокруг столицы он хорошо выучил, ещё когда осваивал мастерство телохранителя. Когда прозрачный диск Луны налился серебряным светом, впереди показалось озеро. На его обсидиановой глади раскинулось несколько островков.

— Нам туда! – показала на один из них Вета.

Его отделяла от берега небольшая протока. Вода журчала на перекатах, серебрясь под Луной. Лишь неширокая полоса спокойной глади могла таить неожиданности. Пётр спешился, оставив Вету в седле, и держа Верного за повод, вошёл в воду. Переправились благополучно. Мокрая одежда в июле – это даже неприятностью не назовёшь. Снял и бросил рубаху на прогретые за день камни. Снял Вету и отпустил Верного попастись на поляне.

— Что теперь?

— Разведём костёр, – ответила жена.

— Хорошо, Веточка. Ты посиди тут, а я быстро всё сделаю.

— Нет, мы должны вместе.

— Как скажешь, – не стал спорить Пётр.

Ему и самому спокойней, если Вета всё время будет в поле видимости. Уж он постарался, чтобы жена ничего тяжелее веток, не носила. Когда кострище сложили, он спросил:

— Что, зажигаю?

— Нет, подожди.

Они опустились на траву рядом с подготовленными для розжига ветками. Вета вытянула над ними руки и сказала:

— Накрой мои ладони своими.

Пётр выполнил сказанное и накрыл прохладные светлые ладошки. Жена сосредоточенно смотрела на сухие ветки и что-то шептала. Но шум крови в ушах заглушал для Петра всё. Дорога сюда, когда он держал её тело в объятиях, вдыхал запах волос, давно настроила его совсем на другой лад. Холодная вода при переправе на остров немного охладила кровь, но сейчас это невинное прикосновение к пальцам Веты почти пробило самоконтроль.

Вдруг в темноте кострища засверкала оранжевая искра. Рядом другая. Вначале робко, затем всё уверенней и быстрей огонь накинулся на приготовленную ему пищу.

— Что теперь?

— Теперь – вода.

Выпрямившись во весь рост, Вета перекинула на грудь косы и медленным плавным движением принялась их расплетать. При этом она смотрела прямо в глаза Петра и легко, загадочно улыбалась. Пётр не понимал, что происходит. Если бы они уже не были женаты, он бы решил, что его соблазняют. Но им, людям взрослым и женатым, к чему такие сложности? Он готов был ещё до того, как они выехали за городские ворота. Сейчас же только годы воинских тренировок помогали ему держать свои желания под контролем.

Или Вета с ним играет? Тогда и он может присоединиться к игре.

— Тебе помочь?

— Помоги.

Вета подошла к нему ближе, позволив расплетать вторую косу. В её глазах отражался свет Луны, в его – блики костра. Губы пересохли от внутреннего жара, дрожавшие пальцы иногда путали, а не расплетали шелковистые пряди и непонятно было, чем вызван слетавший иногда с губ женщины лёгкий стон – болью от невольно дёрнутых волос или удовольствием.