Книга Шестая попытка короля Эрика, страница 35 – Елена Алексеевна Кузнецова

Она вскочила и потащила за собой Камиллу:

— Мы вам покажем, как у нас танцуют крестьяне. Совсем не так, как нас учили. Веселей!

Она стала петь что-то энергичное и хлопать в ладоши.

— Камилла, ты ведь тоже умеешь! Давай им покажем!

Они принялись весело скакать, как молодые козочки.

Виола вначале смеялась, глядя на них, а потом вдруг резко погрустнела:

— Знаешь, как бы все это не кончилось, я тебе все равно буду благодарна, Таиния, — неожиданно обратилась ко мне Виола. — когда отец сказал, что я поеду на Отбор, мне показалось, что я уже умерла. Так стало страшно и тоскливо… Это все мачеха! Она давно хотела от меня избавиться. А тут такой случай! А отец ей ни в чем не перечит.

На глаза девушки навернулись слезы. Я ее понимала. Помнила, как это больно, когда отец отказывается от тебя. Даже если умом понимаешь и принимаешь причины его поступка, все равно это больно.

— Я думала, что от тоски с ума сойду в ожидании пятнадцатого сиваля. А благодаря тебе эти полгода стали самыми хорошими после смерти мамы. Наши письма, смешная учеба, эта дорога — все было так… - она помахала рукой, — хорошо.

— У меня тоже никогда раньше не было такой подруги, — чуть смущенно призналась я.

— А что вы грустите? — шлепнулась рядом со мной запыхавшаяся Лиззи.

— Мы не грустим, просто разговариваем, — ответила я. — Не всем же быть такими энергичными, как ты.

— Конечно, с возрастом сил все меньше, — глубокомысленно сказала эта шестнадцатилетняя нахалка.

— А я даже рада, что меня записали на Отбор, — неожиданно сказала Камилла. Увидев наше удивление, она, смутившись, поторопилась пояснить. — Нет, я вовсе не хочу стать королевой. Просто иначе я бы не подружилась с вами, а сидела бы дома, стыдилась нос высунуть и только и думала о Луисе. Почему он меня бросил? Что со мной не так? Как ему теперь хорошо, и как мне плохо. А теперь я в Лурдии и мне хорошо. И будет хорошо, раз Таиния так сказала. Правда?

— Конечно! — спасла меня от ответа Лиззи. — Я же говорю, что если Тина с нами, то мы обязательно вывернемся.

— Все, Виола, прикажи унести вино, — попросила я. — А то завтра вместо того, чтобы ходить по Лурдии будете валяться дома, страдая от похмелья.

— Еще капельку, — попросила Лиззи. — Оно такое вкусное. А похмелье что, я видела…

Она видела, а я с похмельными муками познакомилась не понаслышке. Свен очень злился, когда я пару раз сбегала от него в пьяное беспамятство, и в наказание давал насладиться похмельем в полной мере, а то и еще и усиливал. Им я такого не желала.

— Лиззи, если хочешь испортить себе и нам завтрашний день, то можешь продолжать.

— Ладно…, - неохотно согласилась она, — не буду.

Затем перебрались в музыкальную комнату, где Виола играла на цитре, а мы пели под ее аккомпанемент. Голос у Камиллы был слабый, у Лиззи, как всегда, обнаружились проблемы со слухом, но нам сейчас было все равно.

Следующий день оказался на удивление теплым и солнечным, и у нас получилось побывать и в лавках, и в парке, а вечером даже попасть в театр. В Эрлийском парке и вправду по дорожкам гуляли и ездили верхом множество аристократов. Лиззи и Камилла, да и я тоже, с любопытством рассматривали их наряды. Наш провинциализм на этом блестящем фоне бросался в глаза. Знаю, что тщеславие — это грех, но мне хотелось выглядеть столь же элегантно и утонченно, как встреченные дамы. Оставалось только утешаться, что и на Отборе будем такими же серенькими.