Книга Чтица императора, страница 3 – Елена Алексеевна Кузнецова

— Цезз, остановитесь! – всё же продолжил взывать к разуму императора Филип. – Скоро ваше проклятие достигнет городских стен. Вы сами потом пожалеете.

Дамиан моргнул, и глаза его обрели свой привычный цвет.

— Ты прав. Думаю, этого им хватит, чтобы понять, кто победит в этой войне...

Император вытянул руку, вбирая в себя остатки выпущенной на волю силы. Сражение закончилось, не начавшись.

Ниса Эвелин дер Барри

Император, клянясь публично после Очищающего Пламени в том, что его чувства ко мне ни капли не изменились, не солгал. Он ведь не уточнял, что это за чувства. Не думаю, что это любовь. Хотя и я не люблю его.

Да, я была тронута его поступком. Но когда счастье от того, что я уцелела и всё страшное осталось позади, схлынуло, то стало ясно, что в наших отношениях мало что изменилось. Во всяком случае, с его стороны. С моей изменения были. Я стала доверять Дамиану и ценить его честность. То, что он не лжёт мне о неземной любви, не обещает невозможное, а прямо и честно называет вещи своими именами, успокаивало. Всегда лучше знать правду и не питать иллюзий. Когда они разбиваются, это так больно! Куда больнее физических ран.

А Дамиан не обманывал. И не обещал защиту, а защищал. Его поступок заткнул рот всем, кто смел злословить про меня. Судьба сосланного Гайера стала хорошим предупреждением остальным. Мало кто знал подробности. Все считали, что император удалил его из ближнего круга за непочтительные слова обо мне, которые он не раз и не два высказывал публично. И все притихли, прикинув, что если Дамиан наказал ссылкой за неуважение к новой любовнице единственного друга детства, то остальных и вовсе не пожалеет. Так что теперь мне все почтительно кланялись при встрече и отмеряли слова на золотых весах, чтобы, не дай Богиня-мать, я не увидела в них обиды.

Понять же, что может стать поводом для обид, было непросто из-за моего не совсем ясного статуса. Так что я решила обсудить это с императором. Теперь, когда я узнала его лучше, мне было проще говорить с ним о том, что меня не устраивало. Я знала, что он не станет как-то вредить мне, даже если мои слова и просьбы ему не понравятся. Просто откажет, и всё.

— Помните, как вы убеждали меня принять от вас драгоценности? – немного издалека начала я за завтраком. И уточнила. – Что их отсутствие вводит людей в опасное заблуждение.

— Помню, – подтвердил Дамиан, с насмешливым любопытством ожидая продолжения.

— Ещё больше их смущает то, что они не понимают, как ко мне обращаться.

— Тебя кто-то оскорбил? – нахмурился Дамиан и со стуком поставил на стол чашку с отваром.

— Нет-нет! Рядом с вами таких глупцов не осталось, – успокаивающе улыбнулась я. – Но всем было бы проще, если бы они ясно понимали моё положение.

— Кто-то не понимает? – выгнул бровь Дамиан.

Я не смогла сдержать досады:

— Понимают слишком ясно! Но это неприлично!

— Что ты хочешь, Эви? Говори прямо. Титул?

— Нет, – отмахнулась я. – К титулу у женщины прилагается муж, а этого мне точно не надо!

— Согласен. Не сейчас. Такой, что закроет глаза на то, что я сплю с тобой, не нужен тебе. А тот, что терпеть этого не станет, не нужен мне. Ни к чему создавать лишние сложности.

— И потом тоже не нужен. Вы обещали, что не станете искать мне мужа после того, как мы расстанемся, – поспешила напомнить я.