Книга Чтица императора, страница 125 – Елена Алексеевна Кузнецова

В отличие от эпарха, ниса Каллиника я знала. Он начинал свою карьеру, правда на менее значимой должности, ещё в те времена, когда я жила здесь. Тогда после смерти прежнего герцога герцогиня Юстиниана заменила многих во дворце на людей, лично ей преданных. Нис Каллиник был одним из таких и, судя по тому, как высоко он взлетел, сумел ей угодить.

Вот и сейчас, докладывая о том, как и где пройдут похороны, он несколько раз от волнения проговаривался о том, что сделано это по приказу герцогини Юстинианы. Когда это имя вырвалось у него в первый раз, он побледнел, замолчал и бросил на меня такой испуганный и умоляющий взгляд, что я невольно его пожалела.

— Ваше Величество, кому, как не матери, решать, как пройдёт это печальное событие, – посчитала возможным вмешаться я. – Принимать решения о последней церемонии для сына – её единственное утешение.

— Что же, не стану ей в нём отказывать, – согласился император. – Но, нис Каллиник, рассказывая, не забывайте упомянуть о том, что это сделано или будет сделано по желанию герцогини Юстинианы. И помните, что герцогиня может распоряжаться только по поводу похорон и только сегодня. Завтра её власть заканчивается.

Начальник дворца с облегчением выдохнул и продолжил рассказ.

Иногда он вновь бросал на меня взгляды, ища поддержки, но я уже особо не вслушивалась. Не собиралась оспаривать пожелания герцогини, как, похоже, и император. Единственное, что того интересовало, это насколько всё готово и не случится ли каких-то незапланированных неприятностей, которые могут поставить ему, как императору, в вину.

Нис Каллиник, похоже, получил свою должность за то, что умел угодить власть имущим, а не за то, что глубоко вникал в дела. В ходе церемонии лучше разбирался распорядитель. Именно поэтому нис Каллиник прихватил его с собой, и именно нис Хониат отвечал на вопросы Дамиана, когда тот углублялся в детали. Моей помощи и пояснений не требовалось, и от этого меня начали разбирать мрачные мысли.

Я всё ещё не могла уложить в голове и сердце то, что случилось вчера. До этого мне казалось, что император испытывает ко мне что-то большее, чем вожделение. Я не рисковала называть эти чувства любовью. После Федра у меня не было доверия ни к этому слову, ни к тому, что воспевают менестрели, говоря о любви. Слишком уж легко отказался от меня Федр. Да и я, надо признать, не умерла от разбитого сердца.

Но всё же до вчерашнего дня я верила, что Дамиан дорожит мной и ему не всё равно, что я чувствую к нему. А оказалось, он спокойно поставил на кон моё сердце, в котором могла ещё тлеть искра любви к Федру. Единственное, чего он не допустил бы – это поделиться моим телом, ведь приставленные ко мне оборотни следили только за этим.

Возможно, я была ему просто удобна: страстная любовница и при этом человек, который полезен своими знаниями Арджурии. Вот как сейчас, во время этого приёма. Зависимая от него настолько, что точно не станет вредить. Он пользуется мной, как полезным инструментом. Но так полезна я только здесь, в Арджурии. Там, в сердце империи, я не знаю ничего.

Я перестану быть полезна. А страстных и куда более красивых любовниц мне на замену он найдёт без труда.

— Простите, Ваше Величество, вы сказали, что пожелания герцогини мы должны слушать только сегодня. А кто будет отдавать приказы завтра? – прервал мои унылые размышления вопрос ниса Каллиника. – У вас слишком много других важных дел, чтобы вникать в малозначащие мелочи. Но сами понимаете, когда все порядки во дворце меняются, то разные недоразумения и сложности станут возникать довольно часто. К кому мне обращаться за указаниями?