Книга Расправь свои крылья, страница 181 – Айли Фриман

Она со вздохом подошла к кровати.

— Ну и где ключи?

— Я без понятия! – Я нервно задергал руками, металл до боли врезался в кожу. – Сделай что-нибудь, освободи меня!

Она лениво прошлась по комнате, выискивая на полу ключ, проверила в тумбочках, даже заглянула под кровать.

— Нет тут никаких ключей. Думать надо было головой, когда подписывался на подобные утехи.

— Я на них не подписывался, – со злостью бросил я. – Поищи еще!

— Не кричи на меня, я вообще не обязана тебе помогать, разбирайся сам, я пошла. – Она развернулась в сторону двери.

— Подожди, не бросай меня. Прости, что накричал, – спокойно произнес я. – Если нет ключей, сделай один звонок. – Я указал подбородком в сторону тумбочки.

— Ладно. – Она взяла мой мобильник в руки. – Он у тебя выключен.

— Значит, включи его.

— Кого набрать? – спросила она после того, как проиграла вступительная заставка.

Я на мгновение задумался.

— Найди в телефонной книжке Гедеона.

— Так, постой, ты, случайно, не из группы Freedom Fly? – вдруг спросила она с загорающимся огоньком в глазах.

— Нет, я не из этой группы. – Боже, пусть меня пронесет. – Набери уже номер.

Она совершила вызов, включила громкую связь и положила телефон на мою грудь.

— Удачи, плейбой. – Не дождавшись, пока вызов будет принят, она поспешно выпорхнула из комнаты.

К счастью, Гедеон ответил на звонок сразу.

— Дружище, ты должен срочно приехать и спасти меня.

— Нет, Ден. Нет. – Гедеон затряс головой, едва перешагнув порог спальни и увидев меня в таком виде. – Я надеялся, что никогда в жизни больше не увижу такую картину.

Да, он вспомнил Тюмень. Да, похоже, не спорю.

— Просто вытащи меня отсюда.

— Ден, во что ты опять вляпался? – Он подошел к кровати и дернул за эти дурацкие розовые наручники, убеждаясь, как крепко я был пристегнут. Вообще-то было больно. – Тебя опять настигла Люция? Или как там ее?

— Я не знаю, – мой голос прозвучал слишком тихо, как у мышонка, угодившего в капкан.

— Что стряслось?

— Я не знаю, – снова повторил я. – Я ничего не сделал.

Гедеон бросил выразительный взгляд на валявшееся на полу женское белье и сжал губы.

— Ты… ты изменил Макси?

— Нет! – воскликнул я. – Не знаю, – с отчаянием добавил я. – Я ничего не помню! Мне что-то подмешали в напиток! Макси не должна об этом узнать.

— Ты так облажался, Ден. Я не знаю, что сказать.

— Спаси меня. Не говори ничего Макси. Прошу тебя… Я… я люблю ее. Я так сильно люблю ее!

Из моих глаз брызнули слезы.

— Я не знаю, что натворил. Я правда ничего не помню.

Я зажмурился, пытаясь вызвать в памяти хоть малейшие события вчерашнего вечера. Перед глазами вспыхнули какие-то обрывочные фрагменты, давящие на разум.

«Какой ты красивый».

Томный шепот.

Губы, скользящие по моей щеке.

Прохладные женские ладони, стаскивающие с меня рубашку.

И брюки! Мое сердце подпрыгнуло. Не может быть!

— У тебя повсюду засосы, Ден, – произнес Гедеон. – Следы помады красноречиво указывают на то, что ты… Как ты мог так поступить с Макси, придурок?!

Он развернулся и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.

Я сам не понимал, как я мог так поступить. Нет, я не мог так поступить. Я не мог…

Гедеон вернулся спустя пять минут. Вслед за ним в комнату вошел озадаченный Вернер Вайснер. Я так не хотел, чтобы он увидел мое унизительное состояние. Но, черт возьми, это оказалось неизбежно, ведь я все-таки находился в его доме.