Книга Форвард, страница 151 – Айли Фриман

С этими словами мужчина развернулся и зашагал обратно к автомобилю. Какой же неприятный человек. Не повезло Матвею с отцом, но родителей не выбирают. По крайней мере, у Матвея был отец. Какой-никакой, но был.

Мое сердце болезненно сжалось, когда я вспомнил семью, которую потерял будучи ребенком. Мне так не хватало поддерживающих наставлений отца и теплых объятий мамы. Наверное, они бы мной сейчас гордились…

Моей единственной семьей теперь были товарищи по команде и тренер. Последние наши игры доказали, что я стал частью чего-то большего. Я стал частью семьи, где каждый игрок знал, что его вклад важен, а успех возможен только при слаженной работе. И я был готов приложить все свои силы, что мы достигли общей победы. Мы были совсем близко к переходу в высший дивизион.

А еще тренер… этот человек своей энергией заряжал нас всех. Он видел потенциал в каждом из нас. Он был необычайно добр ко мне и всегда находил время, чтобы поговорить, поддержать и дать ценный совет. Я чувствовал, что он верит в меня. Поэтому я и сам все больше верил в себя.

Артем

Когда я говорил отцу Гордеева про запасных вратарей, я не думал, что Матвея действительно поставят на ворота. Сама судьба будто решила подыграть мне. Правильно говорят: «Бойся своих желаний». Они могут иметь неожиданные и иногда нежелательные последствия. Однако футбол – такая игра, в которой легко можно получить травму.

Буквально через пару матчей рука Рыжего серьезно пострадала, когда на него с разбегу в первые двадцать минут игры врезался кто-то из нападающих. Медики увели голкипера с поля, и, как позже выяснилось, у него оказался перелом. Этого еще не хватало!

Тренер поставил на ворота Вову Чижикова, и остаток первого тайма мы наблюдали за собственным крахом. Голы, забитые мной и Гордеевым в начале игры, потеряли ценность. Вова пропустил три мяча, и теперь мы проигрывали. Если же сегодня победа не будет за нами, то наша команда не выйдет в плей-офф! Болельщики были разочарованы нашей неудачей.

Я посмотрел в сторону скамейки, где тренер просто рвал на себе волосы. На протяжении всего сезона мы стремились к этому моменту, и вот, когда мы были так близко… Травма могла поставить крест на наших усилиях.

Нам бы Гордеева на ворота! Я еще раз взглянул на тренера, который теперь о чем-то горячо спорил с директором. Я знал, что на игре присутствовал отец Матвея. Я бросил взгляд в сторону вип-трибуны и даже с такого расстояния быстро нашел его фигуру в черном костюме.

Еще один гол! В наши ворота. Я знал, что Вова старается изо всех сил, но он не имел такую сноровку как Рыжий.

— Гордеева на ворота! – прокричал я тренеру, пробегая мимо него. Только Матвей может спасти ситуацию.

Матвей услышал мои слова, потому что тоже был неподалеку.

— Гордеева на ворота! – еще раз выкрикнул я, когда тренер оглянулся на меня.

Меня едва не сбили с ног, когда я отвлекся. Так на игре делать нельзя, но я позволил себе эти пару секунд, чтобы достучаться до тренера. Думаю, Евгений Михайлович и сам понимал, кого нужно ставить на ворота, но не делал этого. У него в запасе был еще Искандер, но от него как от голкипера тоже будет мало толку.

— Гордеева на ворота! – вдруг раздалось за моей спиной.

Люди кричали это с трибун. Новые и новые голоса подхватывали брошенные мной слова.