Книга Форвард, страница 133 – Айли Фриман

— Спасибо, тренер. Я постараюсь, – ответил Артем опять же каким-то странным голосом, и наши взгляды снова пересеклись. После вчерашнего у нас еще не было возможности поговорить, и сейчас мы оба испытывали дикую неловкость. По-хорошему, нам бы обсудить все и кое-что прояснить. Я бы со всей строгостью и недовольством сказала ему, чтобы он впредь держался от меня подальше.

Артем

— Ты знал про олимпийский резерв, да? – мрачно спросил я у Гордеева перед началом игры.

— Да, знал, – вызывающе ответил он. – Мне отец сообщил раньше, чем тебе тренер.

— Хм, ясно.

— Помни о нашем уговоре, Королев.

— Помню, – ответил я, чувствуя, как мой шанс проявить себя ускользает как песок сквозь пальцы.

Моя плохая игра вызовет недовольство тренера и игроков команды, но я был готов принять на себя гнев и разочарование. Лишь бы Матвей Гордеев сохранил мой секрет, пусть сам покажет судьям все, на что способен, и докажет, что он достоин попасть в олимпийский резерв.

Я понимал, что это нечестно по отношению к команде, но другого выхода не видел. Тренеру нельзя знать, какие вольности я позволял по отношению к его дочери, что влюблен до чертиков и теперь ничего вокруг кроме нее не вижу. Узнай он об этом, я вылечу из клуба в ту же секунду. А футбольный клуб «Тор» – это то место, за которое я должен держаться всеми силами, если не хочу совсем попрощаться с футбольной мечтой.

Игра началась. Я выступал на позиции правого нападающего. В самом начале тайма был момент, когда я с обезоруживающей легкостью мог забить гол, но вместо этого я сделал передачу Гордееву, и он предпринял неудачную попытку забить мяч в ворота. Что за лузер – у него был такой исключительный шанс!

В таком раздраженном состоянии я провел весь первый тайм, в конце которого Гордееву все же удалось забить красивый гол после моей передачи. На перерыве я получил нагоняй от тренера. В своей манере он назвал меня дохлой мухой.

Во втором тайме я умудрился заработать желтую карточку, умышленно задев мяч рукой. Не хотелось выглядеть дураком на поле, лучше отсидеться на скамейке.

Вика

Была уже середина второго тайма. Я наблюдала за Королевым и не могла понять, куда делась его футбольная прыть. Гордеев забил уже два гола, а Королев вообще никак не отличился. Раньше он с легкостью обводил соперников и управлял мячом, не позволяя никому его у себя отбирать, а сегодня он играл как-то странно. Будто и не Артем Королев вышел на поле! Почему он то и дело отдавал пасы или совершал элементарные ошибки?! Желтую карточку заработал даже!

Он словно проигнорировал напутствие папы, что надо играть в полную силу. Короче, не узнавала я его сегодня. Неужели он был так рассеян из-за меня? Из-за того, что случилось позавчера ночью в клубе?

Я вновь погрузилась в те яркие ощущения. Прикосновение его пальцев к моей груди или скольжение его ладони по бедрам. Едва вспомнив это, я уже была напряжена до предела.

— Ну что же давай, Королев! Это твой шанс! – Рядом закричали зрители, заставив меня прийти в себя.

Я метнула взгляд на игрока под номером одиннадцать, который вел мяч по полю в сторону ворот. И вот рывок! И мяч летит!.. Мимо ворот!

По трибунам прокатился разочарованный вздох. Я и сама тяжело выдохнула. Королев промахнулся в свободном коридоре! Да что с ним сегодня?! Я посмотрела в сторону папы – он в этот момент просто рвал и метал, готовый убить своего игрока.