Книга Рецепт моего лета, страница 3 – Айли Фриман

Оскар Янг. Его имя звучало в моей голове. И пока я еще не знала, что мое лето будет состоять совсем из другого имени.

Я вернулась в свою комнату, села за идеально организованный стол и достала планшет, чтобы составить список дел перед поездкой.

Не хватало еще опозориться перед великим шефом, если он вздумает у меня спросить что-то из теории.

В общем, дел было невпроворот. А еще предстояло позаботиться о новой форме, которая должна быть безупречной.

Мой взгляд упал за окно, во двор нашего дома, на цветущие мамины цветы, за которыми она любила ухаживать. Но я мысленно была уже там, на берегу города ангелов, где располагалось кулинарное царство Оскара Янга. Я буду вовсе не на шумном пляже проводить свое время, лежа на шезлонге и попивая пина коладу с зонтиком, а в тихом кулинарном цехе ресторана среди мрамора и стали, невероятных десертов и кулинарных впечатлений, кастрюлек с сахарным сиропом.

Я встала и подошла к зеркалу. О да, эта девушка с длинными темными и идеально уложенными локонами готова к бою. Вы только посмотрите, какой огонь целеустремленности горит в этих зеленых глазах. Я считала себя вполне симпатичной, но вот только веснушки… Они предательски были рассыпаны по переносице и щекам. Каждое утро я вступала с ними в битву, но они все равно проглядывали сквозь слой тонального крема и пудры. Кто-то считает, что веснушки — это красиво, но я видела в них помеху. Эти маленькие рыжие точки превращали мое безупречное серьезное лицо будущего знаменитого кондитера в лицо веселой девочки, которая привыкла бегать под солнцем где-нибудь на побережье.

— Никаких отвлекающих факторов, — повторила я своему отражению папино наставление. — Совсем никаких.

Я не позволю ничему сбить меня с запланированного курса.

Рик

Я проснулся, когда солнце начало бить в глаза сквозь маленькое окошко. Сколько сейчас? Наверное, пять утра. Но это не солнце меня разбудило, а мои внутренние часы уже давно были настроены на ритм океана — на самые первые волны.

Я потянулся, и пальцы уперлись в низкий полоток. Весь мой мир умещался здесь, в тесном трейлере, где у меня была узкая койка, полка с книгами, мини-холодильник и… парочка досок для серфинга, занимающих большую часть пространства.

Я мог бы жить с Брендоном в его прибрежном домике, да и вообще в городе у меня имелась квартира, которую я предпочитал сдавать, но мне было комфортнее обитать на этом диком пляже среди шепота прибоя. Возле океана я ощущал себя свободным. В двадцать лет не хотелось закрывать себя где-то в городе. Стены на меня давили, а на просторе — под открытым небом, где песок встречался с водой, линия горизонта растворялась в синеве, а ветер не встречал преград на своем пути, — пространство казалось бесконечным.

Встав, я натянул шорты и вышел на веранду. В прошлом году сделал ее из поддонов и старого парусника.

Вдохнув свежий утренний воздух, который ударил в лицо, я улыбнулся. Ну, здравствуй, новый день.

Передо мной лежал океан в мягкой дымке, и я никогда не уставал им любоваться. Абсолютная, безмолвная, чистая гармония. Ничего лишнего.

Подарив себе минутку этого ежедневного эстетического удовольствия, которое уже стало у меня ритуалом, я схватил полотенце с сушилки и направился вверх по лесенке к дому Брендона. Иногда я обитал у своего товарища, и он вообще звал меня переехать, но, как правило, я только пользовался его санузлом и душевой. Все остальное для жизни на пляже у меня имелось. Но душ — это святое.