Книга Минута до Бруклина, страница 251 – Марк Алонский

Я знал, что писем больше не будет. Я сжег то единственное, что видел, и его копии, которые Джуди сгрузила в контейнер, попросил вытащить из общей кучи и уничтожить.

Конечно, содержание написанного не могло не въесться в мою память после единственного прочтения. Я не верил в искренность написанного. Не верил, что Ева любила меня. Мысленно я постоянно мусолил строчки из письма, фразы из телефонного диалога, одергивал себя, забывался в творчестве, а потом не замечал, как проваливался в мысли снова.

Но я все так же был невесомым, все так же пребывал в легкой эйфории. Я принял как данность, что это финал нашей с Евой истории и что я собственноручно дописал в ней последнюю главу. Эта мысль просто маячила фоном, и я отгонял ее от себя, обещая, что крепко призадумаюсь над ней позже. Я не ощущал ничего, кроме легкости и какого-то неконтролируемого желания улыбаться.

Может быть, таким образом моя психика спасалась от случившейся внутри меня катастрофы. Я всегда ощущал тень затаившейся истерики, в особенности когда эйфория во всем теле растягивала мою улыбку до ушей.

Но ни единой слезой я не оплакал случившееся.

* * *

— Я привык к тебе кислому. Порой меня пугало осознание того, куда тебя могут завести депрессивные мысли. — бутылка в руках Криса зашипела, минералка устремилась к горлышку. — Черт… Собака!.. Но сейчас, когда улыбка вообще не сходит с твоего лица, я просто в ужасе.

— Где же золотая середина?

— Ты стал похож на психопата, — вякнул Аарон, подавая Крису салфетки.

— Я всегда им был, — отшутился я, улыбнувшись еще шире.

Внутри все клокотало и куда-то рвалось, стремилось. Я знал, что не смогу сегодня заснуть. Мне хотелось разогнать свой ментальный мотор еще сильнее.

— Ты не похож на счастливца, — сказал Крис, промакивая салфеткой пятно на джинсах. — Я смотрю на тебя и думаю: «Вот-вот рванет, еще немного, и…»

— Ба-да-бум. Большой ба-да-бум!

— Что там с той девушкой, к которой ты ездил в Бруклин?

Аарон, укладывающий вещи в чемодан, замер на месте.

Прежде чем ответить, я успел мысленно похвалить себя за то, что упоминание Евы никак меня не укололо. Если раньше любой, даже отдаленный намек, бил по мне наотмашь, то сейчас я был покрыт непробиваемой, но мягкой и ламповой оболочкой.

«Девушка из Бруклина» зарядила в упор автоматной очередью, но пули пролетели мимо или завязли в моей осязаемой ауре.

— Ничего интересного.

— Что, совсем?

— Ее зовут Ева. И больше я к ней не поеду, если тебя интересует именно это.

— Я мог бы тебя отпустить через пару месяцев, нет проблем.

— Во-первых, из Бруклина она давно уехала. Во-вторых, я повторюсь, не поеду, — я рассмеялся. — Крис, не сверли меня таким взглядом. Я был влюблен, но все прошло. Мне очень, ОЧЕНЬ хорошо оттого, что ее больше нет в моей жизни.

Аарон громко захлопнул чемодан. Мне хотелось перестать улыбаться, чтобы показать Крису всю серьезность моего заявления, но улыбка приросла к лицу.

— Понятно, — он несколько раз кивнул. — Ты собрал вещи?

— Я же сказал, что передумал ехать. В Ванкувере холодрыга, как в родном Висконсине. Я останусь на студии и…

— Нет, дружище, собирайся с нами. Нет, нет, точно никаких нет. Салем, нет. Каждый раз, когда я смотрел на тебя, я думал, что ты нуждаешься в смене обстановки. Теперь, глядя на твою бурлящую веселость, я УВЕРЕН, что она тебе жизненно необходима. Собирайся давай, твой билет никто не сдавал.