Книга Искорки между нами, страница 56 – О. Чжун

— Вот как.

Рассказанная Квон Сухо история поразила Суджон. Она слышала про сумасшедших сталкеров, повернутых на кумирах, но эти сплетни казались чем-то далёким. А теперь перед ней находился человек, который лично с этим столкнулся. По коже побежала волна мурашек.

— А если поймать ее на живца?

— Полиция предлагала использовать меня как наживку. Но… я не могу.

Суджон понимала, что было что-то еще, что Квон Сухо до конца не рассказал, но давить не стала. То, что он поделился с ней этим, уже о чем-то говорило. Его доверие к ней и теплое отношение заставляли испытывать те чувства, которые она упорно не хотела признавать.

— Спасибо за банановое молоко, Суджон. — Он указал на баночку. — Надеюсь, что господину Ли станет лучше. Возьми сколько необходимо выходных и о Бонго не волнуйся. Кан Данби давно не заглядывала к нам в гости.

Суджон скривилась. Она не хотела подставлять женщину, но иных вариантов не оставалось.

— Извинитесь перед менеджером Кан за меня.

— Я буду ждать тебя, — сказал Квон Сухо напоследок, и лишь по дороге к палате отца Суджон поняла, что он произнес не «Бонго будет» и не «мы с Бонго», а «Я».

Спустя два дня господин Ли выписался из больницы и вернулся домой. Суджон запретила ему приступать к работе и наказала взять отпуск на неделю. Сама она тоже не показывалась в апартаментах в Еыйдо, надеясь, что там справятся и без нее. Стоило бы ей выйти из дома, как на господине Ли мигом оказался бы фартук, а в руке появилась шумовка.

Дома Суджон взяла на себя обязанности по готовке. Конечно, кулинарная книга в ее голове была тощая как минтай, но отцу нравилась даже самая простая пища, приготовленная руками дочери. Сегодня утром меню состояло из риса с рыбой и кимчхи.

Они завтракали, когда послышался шум мотора снаружи. Чья-то машина остановилась прямо возле лапшичной, хотя обычно никто не заезжал в эту тупиковую часть улицы.

Суджон встала из-за стола и выглянула в окно. Возле лапшичной припарковался серебристый седан, его крыша поблескивала под солнечными лучами. Из просторного салона выбрался водитель, в котором Суджон узнала Кан Данби. Удивлению девушки не было предела. Женщина тем временем захлопнула дверь, задрала голову и, заметив силуэт в окне, приветливо махнула рукой.

— Папа, подожди минутку.

Суджон сбежала по ступенькам и вылетела из дома, едва успев накинуть поверх пижамы красный вязаный кардиган.

— Госпожа Кан, здравствуйте! Почему вы здесь? Что-то случилось?

Сегодня женщина выглядела непривычно. Вместо строгого костюма на Кан Данби были свободные льняные брюки, рубашка в бело-синюю полоску и шляпка от солнца с широкими полями. В таком образе она помолодела лет на десять.

— Доброе утро, госпожа Ли. Я здесь по просьбе господина Квон.

— Но он же разрешил мне взять пару дней отгула, — растерянно пробормотала Суджон, испытывая горечь разочарования. Ей казалось, что они поговорили по душам о важности проведенного времени с отцом и ухода за ним. Неужели актер заставил менеджера Кан привезти ее на работу?

— Все верно. У вас выходной. Я здесь не для того, чтобы отвезти вас в Еыйдо. — Госпожа Кан будто бы прочитала ее мысли.

— Но для чего тогда?

— Мы с вами направляемся к морю. На пляж.

— Пляж?! — Суджон решила, что ослышалась.