Книга Завтрак для фанатки, страница 195 – Саша Керн

В квартире стоял запах кофе и геля для душа. Я вскочила с кровати, но квартира, как и вчера, оказалась пуста, и теперь еще и сумка исчезла. Уехал. Чего я еще ждала? Все сама испортила. Могла бы и по телефону сказать Страуду, что не хочу к нему возвращаться, могла бы просто забрать вещи и уехать, не дожидаясь того, как он в очередной раз будет манипулировать мной. Могла бы… как часто задним числом мы начинаем думать, что бы можно было сделать или сказать, но дело в том, что прошлое всегда остается в прошлом, и изменить его, к сожалению, нельзя.

Я вернулась к кровати, заметив листок на подушке, но долго не решалась взять его в руки и прочитать. Он лежал на голубой наволочке – белый как смерть, которая приходит внезапно. И вот теперь она ждала меня. Нет, не реальная, конечно, но душа точно приготовилась умирать.

Сверху написано: «Nastia»

Не «Sunny», а просто мое имя, даже не Стася. Руки задрожали, но я все же взяла его, открыла и стала читать:

«Прости. Я не знаю, что сказать. Поэтому и не разбудил тебя. Я вернулся около трех и не мог уснуть. Мне надо подумать. Подумать о том, что важнее. И важен ли я. Прости. Может быть, я не так идеален, как ты себе представляла. Мне не хочется сейчас выяснять отношения. Надеюсь, что ты поймешь меня.

Джонатан»

Слез не было, они кончились еще вчера. Я сложила листок и смотрела на то, как он планирует из моих рук на пол. Вот так, значит, выглядит настоящая боль. Вот так прощаются с фанатками зве́зды. Вспыхнув, тут же гаснут и забирают чужой свет с собой.

Телефон лежал на тумбочке, тот, наш. Нашла единственный номер, что был сохранен в памяти, и я нажала на вызов, но в ответ услышала только: «Абонент не отвечает или временно недоступен…»

Вдруг мне пришла в голову спасительная идея, и я бросилась искать свой постоянный телефон. Нашла, набрала номер…

— Клер?!

— Да, – ответила она осторожно.

— Это Настя, Клер. Вы не знаете, где Джонатан?!

Я чувствовала, как похолодели руки, слышала, как что-то шуршит в трубке. Но не хотела слышать то, что ответила мама Коула.

— Джонатан улетел в Акапулько, – спокойно объяснила она. – Он вылетел шестичасовым рейсом.

— Вы все знаете, да? Он сказал вам?

— Настя, это только ваше с ним дело. Я не знаю, что произошло, но он очень был расстроен. И сказал, что у него теперь нет друга. И что должен подумать. И должен вернуться к съемкам.

Я сползла по стене на пол и прижала к себе колени, слушая ее.

— Ты же знаешь, он не любит разговаривать о том, что его беспокоит.

— Все кончено, Клер… Все кончено… – прошептала я.

Я знала, что мне теперь делать.